Вишневое Послевкусие

Я дышала глубоко и свободно, наслаждалась спокойствием.

– У тебя хорошо получается, Джули, – Эрнест старался держаться рядом, хотя с его суетливым Анастасио это давалось не так просто. – Если будешь чаще практиковаться, вскоре сможешь переходить в карьер[16 - Карьер (полевой галоп) – самый быстрый ход лошади.].

Его слова меня обрадовали, ведь в первые дни тренировок я боялась даже подходить к Грации, не то что взобраться на ее спину. В том, что фильмы и книги всегда романтизируют вещи вроде поездок верхом, Эрик Мэлтон был прав.

В реальной жизни все обстоит куда сложнее.

– Ты так и не рассказал вчера, как прошел ваш съезд, – поинтересовалась я, когда вспомнила о важном собрании, к которому Эрнест готовился прилично долгое время.

Последние пару недель он с головой погрузился в дела и порой забывал позавтракать. Насколько я поняла, он выдвигал новую политику ведения международных переговоров, и результат собрания, к которому он так упорно готовился, должен был резко изменить его рабочее положение.

Моей же главной задачей были неустанная поддержка и мотивация, хотя, признаться, он справлялся блестяще и без меня.

Эрнест заговорщически улыбнулся на мой вопрос, словно ждал, когда я его задам. Но вместо ответа пришпорил коня и сорвался с места. Грация недовольно повела ушами и даже начала было козлить, но я удержала ее. Набралась храбрости, глубоко вдохнула и направила лошадь вслед за исчезающими вдали, думая лишь о том, как остаться в седле, а не оказаться в зарослях цветущей маковки.

Когда мы, не без немалых усилий Грации и моих нервов, смогли их нагнать, Эрнест уже спешился и, пожевывая травинку, вальяжно расположился на травяном ковре.

– Леди Луиза не простит тебе, если ты запачкаешь эти бриджи зеленью, – я спустилась на землю. – Они же из Ниццы!

Кажется, я неплохо спародировала властно-возбужденный тон леди Арвель, потому что пасущийся неподалеку Анастасио недоверчиво глянул в мою сторону.

– Иди ко мне, садись рядом, – подозвал Эрнест, продолжая улыбаться.

– Я чуть не свернула себе шею, а ты так и не ответил на мой вопрос, – недовольно буркнула я и все же устало плюхнулась на траву.

– Вот видишь, Джули, – он приобнял меня и положил подбородок мне на макушку, – пока не бросишься в воду с головой, рискуя захлебнуться, не научишься плавать. Теперь ты точно будешь увереннее держаться в седле.

Он помолчал еще несколько минут и снова заговорил:

– Я очень сильно рисковал, выдвигая свои планы перед начальством.