Пурпурное Пламя

Арабела поморщилась и свела брови: ей не нравилось, что даже влияние Сейфи не унимало пыл безнадежного романтика, который, впрочем, разбил не одно женское сердце.

– Отпусти, Хилад, я спешу, – сдержанно ответила чаровница.

– Но я безумно люблю тебя, безумно! – умоляюще простонал он.

Если бы на месте мальчишки был кто-то другой, Арабела бы даже почувствовала вину за свое безразличие. Но незавидная репутация Хилада делала свое дело: ей было противно смотреть на его кривляние, но ничего более.

– Ты ужасно глуп и смешон, Хилад, – с нерушимым спокойствием ответила она и, пользуясь его смятением, высвободила руку.

Хилад отшатнулся и вдруг завопил так громко, что рядом вспорхнули птицы:

– Разыгрываешь из себя недотрогу, да? Безродная ты дьяволица! Дьяволица – именно, и глаза у тебя дьявольские! Пока пользуешься милостью молодой герцогини, все молчат, но за спинами шепчутся, так и знай!

Арабела исподлобья бросила на него потемневший взгляд. Радужка ее зрачков налилась алым цветом в тон ее горящим рыжим волосам.

– Не гневайся! – Хилад втянул шею в плечи. – Я лишь предлагаю тебе защиту от всего этого: от разговоров и обидных слов, и я могу дать это тебе!

– Хилад! – звонкий голос Сейфи огласил аллею, и мальчишка словно уменьшился в размерах. – Если ты не прекратишь донимать Арабелу, даю тебе слово перед свидетельством Хранителей, я лично скормлю твое достоинство собакам!

Хилад поспешно удалился, а Сейфи не смогла сдержать смешок.

– Ничего себе, леди Сейфи! Столь бранный язык для герцогини, – шутливо заметила чаровница, когда вторая девушка подошла ближе.

– И не такому научишься, когда твой опекун – сэр Стант.

– Ты крайне вовремя, я уже собиралась натравить на Хилада ближайший муравейник.

Сейфи громко рассмеялась:

– Все-таки стоило помедлить с угрозами, чтобы посмотреть! Но да, он невыносим. Давно пора выпроводить его и его папашу из поместья.

Арабела посмотрела на Сейфи и поймала себя на мысли, что знает ее уже целую вечность, но все никак не может перестать восхищаться этой элегантной красотой: роскошное котарди персикового оттенка, расшитое жемчугом и золотом, длинные белокурые локоны, мягко спадающие по плечам; светлые, но пушистые ресницы подрагивали вокруг голубых глаз.

От Сейфи пахло ягодами малины и цветами глицинии – сладко и ненавязчиво.

Арабела вдруг погрузилась в воспоминания: Марианна Сейфи Люрбейт привела в дом рыжеволосую девочку пять циклов назад и заявила, что Арабель – ее личная прихоть.