Прозрачное вчера. А ты не знаешь…

Раньше их трудно было назвать семьей. И теперь ясно, что главное в жизни, ведь мужчины приходят и уходят, а семья остается.

– Крейг, приляг, пожалуйста. – Она потянула его за руку, вынуждая лечь на кровать.

– Думаю, я не смогу уснуть…

– Тогда я заставлю тебя выпить пилюли, за которыми ты ездил в аптеку.

– У меня две встречи до обеда…

– Я позвоню, мисс Стольман, и улажу все твои дела.

– Кэррингтон, я слышал, ты собираешься уходить из сериала?..

– Это я тебе рассказала? – выгнув бровь, уточнила девушка.

– Об этом разве что не пишут газеты… Слухи… Так это правда?

– Давай сделаем так, – деловито начала Кэрри. – Ты поспишь, я улажу твои дела в офисе, а позже мы пообедаем, и я отвечу на все твои вопросы. Идет?

– Вопросов нет, – заулыбался Крейг и поудобнее устроился на кровати. – Если сегодня ты поможешь мне на работе, я даже готов платить тебе зарплату в те моменты, когда ты меня прикрываешь. Боже, как я раньше умудрялся всю ночь проторчать в клубе, а после короткого сна еще и просиживать в офисе?.

– Не льсти себе, – с напускным строгим видом перебила Кэрри. – А сколько раз я приходила к тебе с просьбой пообедать и что я видела? Ты просыпал весь ленч на своем диване!

– Когда это было? – с деланной обидой возразил брат.

– Я расскажу тебе об этом за обедом. Спи. – И, вытащив платье из шкафа, вышла из спальни, оставив усталого Крейга одного.

Глава 3

После душа Кэррингтон привела себя в порядок, наложила макияж, расчесала свои блестящие темные волосы, обула туфли и вспомнила, что телефон остался в спальне.

Погода была ясная. Кэрри села в такси и поехала в офис брата. В должности шефа есть свои преимущества.

Поднимаясь на лифте до двадцать четвертого этажа, где находился административный центр его фирмы, она плохо представляла, чем может помочь брату в делах. Но попытаться стоило. Ей нужно было как–то проявлять интерес и участие в жизни Крейга. Ей казалось, что он лучший в мире брат, если не вспоминать его прошлые слова и поступки. Да и зачем? Что было, то прошло. Сейчас он тот, каким она хотела видеть его всегда.