Дождливое сегодня

 – Присядь, пожалуйста, и расскажи о наших успехах… или провалах, – устало продолжил он.

– Обязательно, но после обеда. Некогда. Сейчас подъедет наш клиент из Неаполя. Спасибо твоему зятю, что свел его с нами. Тебя должно радовать, что наши услуги интересуют еще кого–то, кроме рвачей.

– О чем ты толкуешь? – раздраженно обратился он к Стольман. – У нас хорошая репутация, а кому не нравятся наше партнерство, то…

– Была, милый. Только благодаря поступлениям от сделки с японцами и Барселоной мы как–то выживаем.

– А кто тебе мешал там оставаться? – вновь с укоризной взглянул мужчина.

– Я просто понимаю, что придет день зарплаты, а мне, прости господи, необходимо будет объясняться перед рабочими за ее задержку или отсутствие. Кому–то нужно быть приземленнее, а не витать в облаках с тобой на пару.

– Будем считать, что я этого не слышал, – как можно спокойнее прокомментировал замечание Крейг и захлопнул двери своего кабинета.

Через несколько минут по внутренней связи интеркома шеф пригласил помощницу:

– Я прошу: зайди, партнер.

Женщина вошла, но стала в проеме:

– А я ответила, что позже, – парировала Стольман. – Если ты так интересуешься делами, то мог бы связаться по Скайпу в любое время, а не задерживать меня за полчаса до важной встречи.

– Прости, я понимаю, что со мной бывает трудно…

– И не только с тобой, – махнула рукой помощница. – Харви навязал нам какой–то мелкий бизнес за бешеные деньги, а сейчас почему–то избегает встречи, хотя поверь, средства у него есть.

Крейг понял ее намек:

– Не хочу даже знать, что ты имеешь в виду, – угрожающим тоном отрезал он в ответ на ее фразу.

– А я серьезно. Он поручитель. Если не осмелится попросить оплату у своей любовницы, ради которой он унижался передо мной, то самому придется выискать средства.

Помощника развернулась на широких каблуках обуви в классическом стиле, и практически закрыла за собой двери, как вдруг Крейг остановил ее, позвав по имени:

– Стольман! Прости, не расслышал, Харви забыл про договор?

– Нет же, мистер «мозги еще не вернулись из отпуска»! – закатив глаза, с большим терпением повторила Стольман. – Он просто отказывается общаться, и не только на эту тему, а вообще в принципе.