Лунные хроники. Рапунцель

 – Ты наверняка знаешь, что и я сам – с Луны.

Он окутал себя завесой иллюзии, чтобы не быть голословным. Это была простенькая манипуляция, показавшая мальчику его более молодую версию. Но только на мгновение.

После переезда в Африку доктору стало легче обращаться с биоэлектричеством, но все же он чувствовал, что силы разума истощаются. Да и неудивительно, ведь прошли годы с тех пор, как у него была возможность практиковаться постоянно.

Тем не менее иллюзия сделала свое дело. Мальчик заметно расслабился – теперь он не боялся, что доктор Эрланд их выдаст и его со всей семьей отправят обратно на Луну, где их ждала верная казнь.

– Да, – сказал он. – Мой брат тоже с Луны. Только он – пустышка.

На сей раз вытаращил глаза доктор Эрланд.

Пустышка!

Вот это действительно ценно. Хотя многие жители Луны бежали на землю, чтобы спасти своих детей, лишенных дара, находить их оказалось гораздо сложнее, чем Эрланд ожидал. Они слишком легко смешивались с коренными землянами и неохотно выдавали свою истинную природу.

– Сколько ему лет? – Доктор отложил шприц на стол. – Я готов заплатить двойную цену за образец, полученный от него.

Смущенный неожиданным энтузиазмом Эрланда, мальчик робко отступил назад.

– Семь. Но он очень болен.

– Но чем? У меня есть болеутоляющие, антикоагулянты, антибиотики…

– У него та самая зараза, сэр.

Эрланд нахмурился.

– Летумозис? Нет, это ведь невозможно. Расскажи мне о симптомах. Тогда мы поймем, чем он болен на самом деле.

Мальчик недовольно нахмурился, но стал покорно и без тени надежды перечислять симптомы:

– Вчера днем у него появилась сильная сыпь и синяки по всей поверхности рук, будто он попал в драку. А никакой драки не было. Сегодня утром он проснулся и сказал, что замерзает, хотя лоб у него был на ощупь как раскаленные уголья.

Эрланд поднял руку.

– Ты говоришь, пятна появились вчера, а пальцы посинели уже сегодня утром?

Мальчик кивнул.

– А прямо перед тем, как я отправился сюда, все эти пятна воспалились и вскрылись.

Он брезгливо скривился.

Доктор лихорадочно пытался додуматься до ответа, и его постепенно охватывала тревога.