Лунные хроники. Белоснежка

И что означает каждое пятно на полу.

Левана должна была прийти в ярость от его смелости, но, казалось, что она просто задумалась.

– Моя королева, позвольте мне сказать!

В зале поднялся шум, и Зима не сразу поняла, кто это сказал. Это был гвардеец, одна из молчаливых фигур, которую можно встретить в коридорах дворца. Лицо казалось знакомым, но имени его она не знала. Левана сердито смотрела на гвардейца, и Зима представила себе, как она раздумывает: позволить ему говорить или наказать за дерзость? В конце концов она сказала:

– Кто ты и почему посмел прервать нас?

Гвардеец шагнул вперед, не сводя немигающего взгляда со стены перед собой.

– Меня зовут Лиам Кинни, моя королева. Я участвовал в поисках тела мага Миры.

Левана посмотрела на Джеррико, вопросительно подняв бровь. Тот кивнул, и она велела:

– Продолжай.

– У мага Миры, когда мы ее нашли, был портскрин. Он сломался при падении, но его приобщили к делу как улику. Возможно, если поискать, в нем найдется то самое сообщение.

Левана повернулась к Эймери. Его лицо, точно маска, скрывало чувства, но Зима давно поняла: чем оно благостнее, тем больше маг раздражен.

– Действительно, нам удалось прочитать последние сообщения. Я как раз собирался об этом сказать.

Он лгал, и Зима почувствовала, что в ее груди шевельнулась призрачная надежда.

Эймери часто лгал, особенно когда это было в его интересах. Он ненавидел Ясина и, разумеется, главный маг не стал бы сам предъявлять доказательства, чтобы помочь ему.

– Вот портскрин, о котором упоминал сэр Кинни. В ходе расследования мы действительно обнаружили анонимное сообщение, которое в тот день получила Сибил Мира.

Слуга включил голографический узел, и посреди зала возникла голограмма. В ее бледном свечении Ясин казался призраком. Появился текст сообщения: Линь Зола собирается похитить императора Восточного Содружества.

Всего несколько слов, но каких важных! Это так похоже на Ясина.

Прищурившись, Левана прочла сообщение.

– Спасибо, сэр Кинни, что привлекли к этому наше внимание. – Она явно давала понять, что эта благодарность на Эймери не распространяется.

Гвардеец Кинни поклонился и вернулся на место, быстро окинув принцессу ничего не выражающим взглядом.