Лунные хроники. Белоснежка

– Обнаружен челнок, – сообщил монотонный голос «Рэмпиона». Кресс подскочила, каждый мускул ее тела напрягся. – Капитан Торн просит разрешение на стыковку. Пароль подтвержден: «капитан – король».

Кресс выдохнула с облегчением: ни один вражеский корабль их не заметил и Торн вернулся. Тревога, точившая ее изнутри с тех пор, как Торн и Кай покинули «Рэмпион», растворилась.

– Стыковку разрешаю, – объявила Зола, и в ее голосе тоже слышалось облегчение. Она скрестила руки на груди. – Первый шаг сделан. Кай вернулся на Землю, свадьба перенесена на Луну, Торн вернулся целым и невредимым.

– Уверен, ты скажешь то же самое, когда взойдешь на трон, – фыркнул Волк.

Зола усмехнулась.

– Возможно. Ладно, все. – Она хлопнула ладонями. – Приступаем к последним приготовлениям. Кресс и Ико, вы отвечаете за окончательные правки в видеообращении. Волк, ты…

Дверь люка в нижний отсек распахнулась и с грохотом ударилась о стену.

– Ты… выкрасила мой корабль?! – кричал он. – Как… Почему ты это сделала?!

Зола открыла рот от изумления. Она явно была к этому не готова.

– О! Э-э… – Она оглянулась на Кресс, Волка и Ико, словно ища их поддержки. – Я думала… о, ну… Это было уже давно. Наверное, стоило тебе сказать?..

– Сказать?! Ты вообще не должна была!.. Не должна была красить чужой корабль! Ты хоть знаешь, сколько я рисовал ту девушку на носу?

Зола прищурилась.

– Судя по тому, как точно и детально ты ее изобразил, думаю… минут десять. Пятнадцать?

Торн мрачно на нее смотрел.

– Ладно. Прости, – сказала Зола. – Но корабль был слишком узнаваемым, а он ведь в розыске…

– В розыске! Это ты в розыске! И он в розыске! – Торн ткнул пальцем в Волка. – И Кресс. Мы все в розыске!

– А я тоже? – спросила Ико. – Я хочу как все.

Торн закатил глаза и поднял руки.

– Ладно. Прекрасно. Все равно это не мой корабль, да? – прорычал он и вцепился в свои волосы.

– Ты прав. Такого больше не повторится. – Зола нервно улыбнулась. – Ну… как все прошло?

– Прекрасно, просто великолепно. – Торн отмахнулся от ее вопроса. – Невзирая на мое врожденное предубеждение против всех этих государственных деятелей, твой император начинает мне нравиться.

Зола подняла бровь.