Лунные хроники. Белоснежка

– Очень жаль, Ваше Высочество, – выпрямился Ясин. – Я на посту. И не должен здесь находиться. Вам это тоже известно.

– Нет, не известно. Я абсолютно в этом уверена. Мне кажется, ты сможешь охранять меня здесь гораздо лучше, чем стоя в коридоре. А что, если кто-нибудь залезет в окно?

Ясин не сдержал улыбки. Никто не проник бы через окна, они оба это знали, но он не стал спорить, а подошел ближе и взял принцессу за плечи. Это случилось неожиданно и было такой редкостью, что по коже у нее побежали мурашки, как тогда, во время Вальса Затмения, хотя сейчас все было иначе.

– Я рад охранять тебя, – произнес он. – Я бы сделал для тебя что угодно. Если у тебя под кроватью окажется убийца, я не колеблясь застрелю его.

Она попыталась перебить его, но он продолжал:

– Но когда я на посту, я гвардеец, и только. Твой личный телохранитель. И твоим другом быть не могу. Левана и так знает, что мы слишком близки, и я думаю о тебе больше, чем должен…

Зима нахмурилась и снова попыталась заговорить.

– И я не хочу стать еще более уязвимым. Я не собираюсь быть пешкой в ее игре. Понимаешь?

Наконец он замолчал. В голове у Зимы все плыло, пока она пыталась уловить смысл всего, что он сказал. Что значит: «думаю о тебе больше, чем должен»?

– Мы и так пешки в ее игре, – сказала она. – Я – с того дня, когда она вышла замуж за моего отца, а ты – с того дня, когда стал королевским гвардейцем.

Ясин сжал губы и попытался отстраниться – этим затянувшимся прикосновением он уже тысячу раз нарушил устав королевского гвардейца, но Зима накрыла его руки своими.

– Я просто думала… – Зима запнулась. Она вдруг заметила, какими большими стали его руки с тех пор, как она в последний раз держала их в своих. – Я думала, что хорошо бы время от времени выходить из этой игры.

Ясин провел пальцем по ее коже.

– Да, это было бы хорошо, – согласился он, – но это невозможно, пока я на посту. И уж точно не за закрытыми дверями.

Зима посмотрела на дверь за его спиной, которую закрыла, когда он вошел, чтобы найти воображаемого убийцу.

– Ты говорил, что я буду видеть тебя каждый день, но я должна притворяться, будто вообще тебя не вижу?

Он отступил на шаг.

– Что-то вроде того. Мне жаль, принцесса.

С этими словами он тут же снова превратился в невозмутимого гвардейца.

– Я буду в коридоре, если понадоблюсь тебе. Если действительно понадоблюсь.