Селин Баст. Жизнь во сне

– Я могу тебя убить, Селин, и никто меня не осудит. Ты ведь понимаешь это, правда?

– У тебя не хватит смелости, чтобы меня убить, Макс. И мы оба это знаем, не так ли?

Этот бой остался за мной. Но выигранная битва редко бывает предвестником выигранной войны. Будут другие стычки. И я надеюсь, что мне достанет сил их пережить.

Чувствую, что ночь мне придется провести без сна. Я следила за Максом – он за мной. Мне не давали покоя воспоминания Селин, ставшие моими. Раз за разом я переживала сцены из ее прошлого.

– Макс, какой сейчас месяц?

Я постаралась вложить в свой голос максимум праздного любопытства. Не получилось. Одноглазый кузен поперхнулся колечком вишневого дыма, который так старательно выдувал.

– Самый конец октября.

Макс смотрел на меня так, словно я представляла собой говорящего таракана. Ночь обещает быть долгой и полной разговоров.

– Если бы я не пообещала тебя убить, меня бы не выпустили из города, Макс. Мне нужна была моя шкура, и поэтому мне пришлось пообещать прислать твою голову мэру голубиной почтой.

Слова получились как-то сами собой, и я не успела их обдумать.

– И именно поэтому ты кричала на каждом углу, что ищешь меня?

– Послушай, кузен, я думала, ты более сообразителен. Но, сдается мне, что вместе с глазом ты лишился мозгов. Если бы я хотела тебя убить, Макс, ты бы был последним, кто узнал об этом. Запомни это, братец.

Одноглазый Макс мне поверил. Или сделал вид, что поверил.

– Утром мы выдвигаемся в Норфолк.

Рассвет настиг меня спящей возле пепелища костра. Макса не было. Его вещей тоже, как и моего оружия. Не самое приятное начало дня, но это все же лучше, чем могло быть. По крайней мере, руки и ноги у меня свободны, а встреча с кузеном кажется вчерашним, уже практически забытым сном.

– Я думал, что мне придется бросить тебя в реку, чтобы ты наконец открыла глаза.

Макс появился неожиданно, как и положено профессиональному убийце.

Он смотрел на меня холодно, равнодушно, словно давал понять, что как женщина я его привлекаю ничуть не больше табуретки. Хотя образы, периодически вспыхивающие в моем сознании, говорили об обратном.