Восточный плен. Княгиня

Не хотела верить!

– Вы упустили одну мелкую, но, несомненно, важную деталь, – сухо произнесла она.

– Я слушаю тебя, прекрасная.

– Для того чтобы вселить в мужчину любовь, подобную той, о которой вы мне только что рассказали, нужно самой беззаветно и безгранично его любить.

Ариф впервые за время их встречи был суров.

– Вы будете его так любить, – произнёс он тоном, не терпящим возражений.

Вот женщина, которую он так долго искал и наконец нашел. Она должна помочь ему, Арифу, удержать султана на его месте как можно дольше.

Одной лишь фразой она внезапно ускользала из его рук и витала где-то далеко-далеко, и Ариф знал, куда устремлены мысли и порывы его подопечной. Поистине женщины – труднопостижимые существа. Он предлагал положить к её ногам империю, а она цеплялась за жалкие обрывки надежды о возвращении в свою прежнюю жизнь.

– Послушай меня, Мерьем, и успокойся.

– Мерьем?! – удивлённо произнесла Мари.

– Ты примешь ислам, и это твоё новое имя. Оно означает «непокорная». – Его губы дрогнули в улыбке. – Я дам тебе время избыть лихорадку и страх, я подожду… Я помедлю и не стану пока упоминать о тебе перед моим господином. Он не узнает тебя до тех пор, пока я не научу тебя всему и ты не станешь лучшей.

Ариф подошёл к ней так близко, что она почувствовала его тёплое дыхание на своих щеках. Он говорил быстро и чётко, чтобы у Мари не было ни малейшей возможности возразить.

– Гарем – не просто огороженное место, где живут мусульманские женщины, – продолжал он. – Это институт посвящений, где девушки получают новое имя, обучаются религиозному почитанию и абсолютному подчинению. Будь солнце мужского рода, даже светилу не было бы позволено заглядывать в harem[12 - Гарем (тур.).]. Ты посвятишь часть своего времени изучению Корана, обучению танцам, игре на музыкальных инструментах, каллиграфии. Экзамен, который принимает Серветсеза Кадын-эфенди – первая жена правителя, мы минуем.

– Невероятно… – только и смогла прошептать Мари.

Ей сделалось дурно, и огни города поплыли перед её глазами. Она так устала от этого, что впору было умереть.

Снисходительным жестом Ариф притянул женщину к себе.

– Все женщины, жаждущие милости одного повелителя, ненавидят и хотят погубить друг друга.