Компаньонка

Она основательней усадила на своём носу пенсне и надвинула шляпку. Всё это она проделала быстро, пока управляющий скрылся за дверьми кабинета князя.

«Ну же! Возьми себя в руки. Всё будет хорошо. Ну подумаешь, прибавила себе десяток… Некоторые убавляют себе возраст, и это вовсе не считается вероломным враньём!» – мысленно успокаивала себя Мари.

Достав из ридикюля масло лимона, Мари растерла меж пальцами пару капель и помассировала виски. Ещё раз вдохнула и выдохнула дрожащими губами.

Неожиданно позади Мари раздался голос управляющего:

– Его светлость примет вас.

Мари как во сне, на подгибающихся коленях прошла в кабинет князя.

Как только Мари переступила порог кабинета, она наткнулась на холодный и суровый взгляд хозяина Ольденбургского поместья.

Князь пристально, в упор и, что самое важное, недобро смотрел на гостью. Мари, конечно, слышала о нём многое. Но она не ожидала столкнуться лицом к лицу с «героем» всех этих слухов и сплетен. Тем более когда он выглядит вот так.

Князь Ольденбургский даже не потрудился снять скрещённые ноги со стола, когда перед ним предстала «старая бедная родственница». Он терпеть не мог подобных «приживалок» и плутовок. Влад знал, что именно эти «вдовствующие матроны» погубили его репутацию в обществе. Да ему, собственно, было и наплевать. Сейчас он собирался на славу покуражиться и тем самым подтвердить все сложносочинённое о нем.

Влад продолжил молча смотреть на прибывшую, не поднимаясь с места.

Мари оценила эту провокацию, как и распахнутую рубашку князя.

«Он даже не потрудился оправиться! Какой стыд!» – промелькнуло в голове у Мари. Её это страшно рассердило.

Как по волшебству, к ней неожиданно пришли уверенность и легкость. Мари переменила свой строго-суровый взгляд на тёплый и радушный, и вмиг её глаза наполнились слезами.

– Мой дорогой! Мой бедный мальчик. – Мари распахнула объятия и направилась к князю.

Князь не двинулся с места.

Мари, не дойдя до него, устроилась на кресле перед ним и не задумываясь продолжила:

– …Как же я рада вновь видеть вас!

Князь вскинул одну бровь, дивясь пробивному настрою старушки.

– Вы не представляете, как тяжело вдове в возрасте в нынешнем положении. Мой бедный, бедный муж… Сколько же в этом мире порочных и алчных людей. Моя первейшая задача и всё моё стремление лишь в том, чтобы оградить наш прелестный цветочек от ужасов и мрака этого мира.