Компаньонка

Ты не представляешь, что происходит со мной, когда я допускаю мысль, что какой-то… вообще, что кто-то.

– Ты ревнуешь. Это нормально.

Щербатский закинул ногу на ногу и с ехидным прищуром взглянул на Влада.

– Нет, я не ревную. Точнее, да, конечно же. Но это не просто ревность. Это неудержимая ярость, гнев на весь мир. Может, если бы я ненавидел кого-то конкретно, было бы легче.

Князь скрестил руки на груди и задумался, потом продолжил:

– Я ловлю каждый взгляд, оценивающий Кити. Каждую улыбку её, направленную мужчине, будь то наш кучер или управляющий… или конюх, который вынес её малышкой из огня.

Даже к нему у меня злоба, стоит Кити проявить к нему заботу. Не понимаю… Она слишком добра и верит этому миру, и она улыбается слишком доверчиво… ты понимаешь?

– Я понимаю. Но мир не всегда жесток. Есть в нем и прекрасные вещи. Ограждая Кити от жестокости этого мира, ты ограждаешь её и от прелестей жизни. А с этой, как ты говоришь, Гаргульей, она и вовсе затоскует…

– Эта графиня сослужит мне хорошую службу.

Эко, высоконравственная престарелая вдова, – и это то, что мне нужно. Не молода, чтобы плясать на балах, но и не стара, чтобы засыпать на них.

Впервые за долгое время на лице князя появилась весёлая улыбка. Его друг тут же подхватил её, и двое взрослых мужчин на миг превратились в озорных мальчишек, только что вступивших в тайный заговор.

***

Прямо над обсуждающими её мужчинами, в своей комнате, в деревянной лохани, прикрыв от наслаждения глаза, нежилась сама красота.

Мари распустила водопад своих волос темного отлива, и некоторые намокшие пряди казались почти чёрными. Длинные ноги и руки Мари расслабленно свисали по краям её купальни.

Мари предусмотрительно огородилась от входной двери ширмой, и теперь ничто не могло потревожить её блаженство.

Именно поэтому на стук в дверь Мари ответила совершенно спокойно, даже не открыв глаза.

После позволения в комнату вошла молодая горничная.

И, не увидев госпожу, начала говорить громче обычного.

– Добрый вечер, ваше благородие. Я Лизи. Ваша горничная. Пришла помочь подготовиться вам к ужину.

– Спасибо, Лизи, – донеслось из-за ширмы. – Достань из саквояжа мое серое платье и разгладь его, пожалуйста. И можешь быть свободна, далее я без тебя легко обойдусь.

Лизи, довольно быстро справившись с поставленной задачей, вежливо попрощавшись, тихо ушла.