В плену у хищника

Все вроде бы шло хорошо, до сегодняшнего дня. Потому что их дикий, грязный смех мне совсем не нравится. Чутье внутри никогда не подводит. Придурки опять вышли за рамки дозволенного. Кажется пора нам с ними попрощаться. Но прежде, чем идти к Павлу, выясню ка я, в чем собственно дело. Чтобы, как говорится, сразу аргументы предъявить.

Открываю дверь с ноги и ловлю на себе взгляды трех мордоворотов. Смех в помещение тут же стихает. Опережая их заторможенные реакции, выхватываю телефон, что у одного в руке, и замираю.

Эти придурки начинают что-то там бормотать. Даже, вроде, оправдываться. Но я их совершенно не слышу. Пульс бьет в висках. И кровь ударяет в голову.

Смотрю на экран телефона, а там она. Та, которую я искал все эти дни. Моя ночная богиня. Охрененно красивая и невероятно испуганная. Ее волосы зажаты в грубый мужской кулак. В глазах стоят слезы. Листаю дальше и понимаю, что сейчас окончательно и бесповоротно слечу с катушек. Вырез ее блузки разорван и сквозь него проступает светлое ажурное белье.

Если присмотреться, то можно заметить темные очертания сосков. Безумно заводящее зрелище. И именно оно сносит последний барьер.

Первый удар летит в удивленную морду напротив.

– Тигр, ты чего? Что за муха тебя укусила?

Вскакивают «друзья» пострадавшего.

– Что вы ей сделали? – спрашиваю, нанося еще один удар по той же роже.

– Кому?

– Девушке на фотографии?

– Да ничего мы этой козе…

Следующая серия ударов достается говорящему. А потом меня уже не остановить. Выхожу из себя я крайне редко, но если уж это случается, то держаться следует как можно дальше.

По молодости я даже чуть не загремел в колонию из-за своей вспыльчивости. Тогда мы с Павлом и познакомились. Он отмазал меня от тюряги и пригласил на работу. Мы ведем вполне легальный бизнес, так почему же до сих пор держим таких вот обмудков как те, которых я сейчас метелю?

Что там дальше, помню с трудом. Прихожу в себя в кабинете Павла. Он ходит по кругу и что-то бормочет себе под нос. Наверное, даже ругается.

Оно и понятно. Я бы тоже был не доволен, если бы в моей фирме устроили мордобой. Но в этот раз он не прав.

– Этих уродов надо засудить! – рычу сквозь стиснутые зубы.

Павел бросает на меня недовольный взгляд, подходит к шкафу и, открыв стеклянные створки, плескает в два бокала коньяк. Тычет мне одним из них в лицо.

Я на работе вообще не пью, но сейчас случай такой. Неординарный. И успокоиться мне просто необходимо. Изнутри так и подбрасывает.