Крестный отец

А еще он пил, ходил на сторону, играл и время от времени бил жену. Родным об этом Конни говорить боялась, зато сказала Хейгену. Тот обреченно приготовился слушать очередной поток жалоб.

Однако предпраздничный дух, видимо, поднял Конни настроение. Она просто хотела узнать, что подарить на Рождество отцу. А еще Санни. И Фреду. И Майку. Для матери она подарок уже выбрала. Хейген предложил несколько вариантов, но Конни отмела все как дурацкие, а потом наконец сказала, что не хочет больше его отвлекать.

Услышав очередной звонок, Хейген швырнул бумаги в корзину.

Ну их к черту, пора вставать и уходить! Впрочем, не ответить ему не позволяло воспитание. А когда секретарша сообщила, что звонит Майкл Корлеоне, Том с радостью снял трубку. Он любил Майки.

– Том, завтра я приеду в город вместе с Кей. Я хотел сказать отцу кое-что важное перед Рождеством. Он будет дома завтра вечером?

– Конечно, – ответил Хейген. – До конца праздников он никуда не уедет. Мне что-нибудь для тебя сделать?

Но Майкл был скрытен, весь в отца.

– Нет. Думаю, увидимся на Рождество. Все ведь будут на Лонг-Бич?

– Да.

И Майкл, не размениваясь на праздную болтовню, что обрадовало Тома, повесил трубку.

Хейген попросил секретаршу позвонить его жене и сказать, что задержится. Пусть оставит ужин на столе. Выйдя из офиса, он быстро зашагал к центральному универмагу «Мейсис». Вдруг кто-то перегородил ему путь. И не абы кто, а сам Солоццо!

Турок взял Хейгена под руку и тихо произнес:

– Не пугайся, я просто хочу поговорить.

Дверь припаркованного у обочины автомобиля вдруг открылась.

– Садись, – так же тихо поторопил Солоццо.

– Мне некогда, – сказал Хейген, вырывая руку. Тревоги он пока не чувствовал, только раздражение.

Тут сзади подошли двое. Ноги у Хейгена вдруг стали ватными.

– Садись в машину, – повторил Солоццо. – Поверь, если б я хотел тебя убить, то уже убил бы.

Хейгена эти слова совершенно не успокоили, но в машину он сел.

* * *

Майкл Корлеоне соврал.

Он уже был в Нью-Йорке, а звонил из номера в отеле «Пенсильвания», меньше чем в десяти кварталах от офиса Хейгена.

– А ты убедительный врунишка, Майки, – туша сигарету, заметила Кей Адамс, когда он положил трубку.

Тот присел на кровать рядом с ней.

– Все ради тебя, милая. Скажи я родным, что мы здесь, нас бы сразу же вытащили – и никакого тебе ужина, никакого театра, а спать пришлось бы раздельно. Таков порядок в доме моего отца: мы ведь не женаты.