Книга первая. Инна вляпалась: Смертельные игры Вселенной. Кристаллы отраженные

Ничего подобного он явно в своей жизни не видел. Я обняла Машу.

– Ну, ты чего, Маша? Отдых – это хорошо! И как мы заявимся домой в таком виде?

Я попыталась быть миротворцем. И хотела произнести какую—то пламенную речь по поводу машиной истерики, но пламя, как ни странно, во мне не возгорелось.

– Послушай, э… как тебя зовут?

– Элек.

– Послушай, Элек! Представь, что ты попадаешь в странную историю! Ты не понимаешь, где находишься и почему. Все напоминает то, что тебе читали в детстве, то есть сказку. Сказка вдруг становится реальностью.

Мелкий, потрясая кулачками, стал наступать на Элека.

– Маша права! Немедленно скажи, где мы, когда мы вернемся домой и что с Кириллом?

Пионер глубоко вздохнул и нажал пуговицу на своей рубашке.

– Василиса, пришельцы требуют ответов немедленно. Знаешь? Когда? Хорошо.

Мы все переглянулись.

– Мы пришельцы?

Элек посмотрел на нас с сожалением, вздохнул.

– Ну, пошли.

Мальчик опять обнял нас, и мы оказались в центре огромного круглого зала, который был заставлен мониторами разных размеров и еще не понятно чем.

***

В одном из секторов этого зала мы увидели круглый стеклянный стол. Там на двух больших капустных листах, как сказочные принцессы, возлежали две, знакомые уже мне гусеницы, которые взахлеб рассказывали Василисе о том, что с ними происходило утром.

– А я ей говорю, что кто—то идет, а она… – сказала гусеница Рита.

– Рита, сколько раз проходили? Сколько их было? – уточнила Василиса.

– Двое. Я слышала два раза.

– Да, да, Василиса, это было два раза! А потом как бухнет, как бабахнет, у меня прямо все нервы расстроились! – дополнила вторая гусеница.

– Чита, перестань тарахтеть не по делу, – возразила Рита. – Как загромыхал, ну, приземлился, мы не видели, а как отлетал, то смотрели во все глаза. Это был он, на своем железном человеке. Мы сразу побежали, то есть поползли.

– Мы так торопились, так торопились, что я чуть не похудела.

– Молодцы! – похвалила Василиса.

В это время мы подошли к столу. Не было у меня никаких слуховых галлюцинаций! Хоть это радует. Это они лежали на огромном пне.

– Вот, познакомьтесь. Это Чита. Это Рита, – сказала Василиса.

– А как вы их различаете? – спросил Леша, глядя с интересом на гусениц.

По—моему, одна даже покраснела, смутившись.

– Это просто. Я, Чита, шоколадно-голубая.