Последний дон

В конце концов, он получил от нее то, что хотел: семью, детей – жизненный фундамент, необходимый каждому мужчине. Как знать, во что бы он превратился, если бы не она?

– Давай условимся обо всем сразу, – предложил он. – И разойдемся по-доброму. Мне не хочется, чтобы после расставания мы питали друг к другу неприязнь. – Пиппи превратился в само обаяние. – Черт побери, мы с тобой все-таки прожили двенадцать очень неплохих лет! И благодаря тебе у нас двое чудесных детей. – Он помолчал, удивляясь сердитому выражению ее лица.

 – Согласись, Налин, я был хорошим отцом, и дети любят меня. Я помогу тебе во всем, что тебе заблагорассудится. Ты, разумеется, можешь оставить себе дом в Вегасе, а я, если хочешь, подарю тебе какой-нибудь магазинчик в «Занаду». Ювелирный, антикварный, модной одежды… И еще ты будешь получать от меня двести тысяч долларов в год. А детей мы можем вроде как поделить.

– Я ненавижу Лас-Вегас, – отрезала Налин, – и всегда ненавидела. У меня есть диплом преподавателя и работа в Сакраменто.

Там для меня уже набрали целый класс ребятишек.

Только теперь Пиппи с изумлением понял, что Налин превратилась в его противника, что она опасна. Это открытие поразило его. В его восприятии женщина просто не могла представлять собой опасность. Ни жена, ни любовница, ни тетя, ни жена приятеля, ни даже Роз-Мари, дочь самого дона. Всю свою жизнь Пиппи существовал в мире, в котором женщина не способна быть врагом. И сейчас он ощутил приступ ярости, прилив злой энергии, которые раньше чувствовал лишь по отношению к мужчинам.

– Я не собираюсь ездить в Сакраменто, чтобы навещать своих детей, – заявил он.

Он всегда впадал в бешенство, когда кто-то отвергал его дружбу, оказывался недоступен его обаянию. Любой, кто не соглашался проявить сговорчивость в отношении Пиппи Де Лены, обрекал себя на крах. Решившись идти на конфликт, Пиппи шел до конца. Теперь же его, помимо прочего, изумляло, что жена, оказывается, еще и строит какие-то свои планы.

– Ты сказала, что знаешь теперь, кто я такой. Так берегись! Ты можешь отправляться хоть в Сакраменто, хоть на дно морское, мне наплевать. Но с собой ты возьмешь только одного из моих детей. Второй останется со мной.

– Это решит суд. – Налин окинула мужа ледяным взглядом. – Я думаю, тебе стоит поговорить с моим адвокатом.

Увидев, какое изумление вызвали у него эти слова, она едва не рассмеялась ему в лицо.

– У тебя есть адвокат? – спросил Пиппи.