Союз Родов 1. Потенциальный Хранитель

Это были прожженные вояки явно офицерского состава, ну может прапорщики, но то, что военные до мозга костей было понятно сразу. Они тоже заметили Ваньку, и старший стал его внимательно рассматривать, видимо не часто на их пути встречались солдаты-срочники. Даже дуболом перестал жаловаться на еле заметную царапину у колена и начал раскатывать штанину, все-таки порванную на месте удара о камень. Поравнявшись с ними Ванька поздоровался и подал размятый подорожник. Улыбнулся уголками губ и побежал дальше. Дуболом недоверчиво протянул руку, но всё же взял из рук незнакомого парня «не пойми что».

– Спасибо, малой. – Как гром среди ясного неба послышался голос дуболома, когда он понял, что в руках. Ванька поднял кулак вверх, но оборачиваться не стал, и так все понятно, зачем лишние слова.

– Хм, а подорожник-то уже помят, он знал, что мы рядом. Следил что ли?

– Не, Петрович, я бы заметил.

– Нет, не надо. Гвоздь, выясни, что за хлопец. Он из новобранцев, ракетчик. Форму сегодня надел первый раз, сапоги еще не разносил, скрипят. А кто слышал его шаг?

– А никто, не слышно было, пока топать не начал. Пару раз топнул и снова тишина.

Все удивленно посмотрели на пожилого воина, потиравшего ногу. Рубец на ноге от осколочного ранения.

– Рассказывай Григорий Иванович.

– Да чего рассказывать, парень из охотников, след его посмотри, ни одна иголка с места не сдвинулась. Увидел как Митяй разворошил тропинку, сразу понял, что повредился немного. Подорожник свежий разминать начал. А ты подорожник, где видел? Вот то-то и оно, что только в начале тропы, возле дороги, значит заранее взял. На рефлексах. Не травку же он сюда собирать рванул.

– Хорошие нынче ракетчики пошли.

– Бежит ровно, подъем у них в семь? Время ближе к восьми, сейчас обратно пойдет.

Минут через пятнадцать он действительно повстречался им. Вся компания дружно подняла кулак на согнутой руке, явно передразнивая Ваньку. Он не растерялся и тоже поднял кулак. Все улыбнулись и, молча, продолжили бежать, но уже в разные стороны. Дуболом пыхтел, но больше не жаловался. Через порванные штаны был виден растертый подорожник на коленке.