Штормовое море любви

Правда, многое осталось за кадром.

– Было много. Около семи миллионов австралийских долларов.

– Мэм, если бы вы прятали здесь такую сумму наличных, не подпустили бы незнакомца к своему ящику с трусами.

Клэр рассмеялась. Она не могла припомнить, когда смеялась последний раз.

«Я смеюсь впервые с тех пор».

– Я этого не делала.

Желание смеяться пропало. Она снова перенеслась в тот день, когда стояла в кабинете босса, побелев от ужаса.

«Я этого не делала».

Он наверняка не поверит. Да и с чего бы?

– Я вам верю.

Клэр снова засмеялась. Рауль улыбнулся, и от этой улыбки что-то стало происходить внутри ее.

– Ну вот. Вкусные жирные углеводы. Милое дело при травмах. Как и рассказать мне про дворецкого. А еще лучше пончики с джемом, но сейчас сойдут и чипсы. Если не дворецкий, то кто?

– Фелисити.

– Конечно. Я мог бы и сам догадаться. Просто не хватило подсказок. Расскажите про Фелисити.

– Она безупречна.

– И вы подозреваете, что она присвоила эти семь миллионов?

– Думаю, да.

– Тогда она действительно безупречна. И, могу поспорить, хороша собой.

Клэр задумалась о красивой безупречной Фелисити и почувствовала, что ее начинает трясти. Вдруг на ее плечо легла рука Рауля, большая, теплая, успокаивающая. Дрожь утихла.

– Расскажите.

И она рассказала. Все. С самого начала.

О маленьком городке, где выросла. О матери, растившей ее в одиночку. О том, что к ней относились как к грязи. Ей было всего пятнадцать лет, когда умерла мать.

После колледжа Клэр получила место в службе юридической помощи – замечательной организации, где консультировали малоимущих, представляли их интересы в судах. Она обожала эту работу. А потом выиграла судебный процесс, который освещался на первых полосах всех национальных газет, и на нее вышла кадровая служба одной из крупнейших в Австралии юридических фирм.

Клэр имела глупость принять их предложение. Но не учла одного обстоятельства. Она не была «одной из них».

– Я – человек со стороны. Меня приняли в качестве эксперимента. Они всегда подбирали юристов, пользуясь семейными связями, пока одному из старших партнеров не пришла в голову гениальная идея пригласить кого-то другого, руководствуясь только его деловыми качествами. Так, в нарушение собственных правил, они и взяли меня.