Без веры и закона

Она потихоньку подошла к нам, ничуть не испугавшись ствола Стенсон. Настоящая красавица. Передние ноги в белых чулочках. Прямо чудо какое-то, глаз не оторвать.

– Твоя? – спросил я.

– Ага.

Потом темнокожий прибавил жалким голосом:

– Я ее не украл.

– А деньги из кассы? – насмешливо спросила Эб.

– Он мне мало платил, едва на жизнь хватало. Лошадь – все, что у меня есть.

– Где взял?

– Горбатился на одном ранчо, купил на весь заработок.

– Я ее у тебя покупаю.

– Нет! Она мне самому нужна.

– А живым остаться не нужно?

Темнокожий покосился на ствол кольта. Потом перевел взгляд на винчестер у ног Стенсон, потом на меня и вернулся к кольту. Он сглотнул слюну, вздохнул и глянул на свою лошадь – та мирно паслась рядом с лошадью шерифа.

Эб, не отводя кольта, нагнулась, запустила руку в сумку и достала охапку ассигнаций.

– Даю хорошую цену.

Парень вытаращил глаза, прикинув, сколько денег у нее в руке.

– Свое добро я могла бы взять и бесплатно. Но мне показалось, что небольшая финансовая поддержка тебе не помешает.

Чудо из чудес: у нас нежданно-негаданно появилась еще одна лошадь. Не знаю, как далеко собралась везти меня Стенсон, но, конечно, я предпочел бы добираться туда на отдельной лошади. И потом она была такая красавица, я еще никогда на такой не ездил. Загвоздка была в том, что если беглец в розыске, то для Эб это могло обернуться проблемой. Забавно: я назвал «проблемой» возможный арест Стенсон в каком-нибудь городке.

Парень держал в руках деньги и никак не мог закрыть рот: обалдел от такой щедрости.

– Да тут намного больше… Но лошадь мне нужнее денег…

– Знаю, – сказала Эб. – Нам тоже.

Меня, как и его, удивило, что она отвалила ему столько деньжищ за лошадь, хотя могла бы получить ее даром, но я не стал встревать.

– Давай шагай отсюда, пока я не передумала.

Зажав купюры в громадном кулаке, парень подошел к лошади, погладил ее по шее, похлопал по крупу. Лошадь слегка вздрогнула от его ласки, бока у нее заходили, по рыжей шерсти живота сбега?ли вниз дождевые капли. Потом она наклонила голову и снова стала мирно щипать траву. Темнокожий, не взглянув в нашу сторону, исчез в кустах.

Мне было пятнадцать, когда я повстречался с Эб Стенсон, но помню все очень отчетливо.