Тайное становится явным

Вдыхаю полной грудью, пытаясь не поддаться переполняющей меня давящей тоске. Затем с силой выдыхаю и закрываю глаза – как меня учила психотерапевт.

– Не пытайся игнорировать то, что тебя беспокоит, Шарлотта, – вспоминаю я ее слова. – Воспринимай неблагоприятное как возможность чему-то научиться. Попытайся отследить источник плохих эмоций, а не обесценивай их.

Как будто от воспоминаний так легко отмахнуться! Как будто вдохни-выдохни, и они исчезнут… Неужели так бывает? Особенно с теми, самыми неприятными воспоминаниями, которые разрушают тебя и тех, кто тебе дорог.

Когда я снова открываю глаза, то чувствую, как твердая деревянная рукоять давит мне куда-то под ребра. Морщась, я возвращаюсь на кухню и, прежде чем положить нож на место, некоторое время смотрю на свое отражение в его отполированной до блеска стали.

Если что и может помочь мне успокоиться, так это витающий на кухне аромат. Я глубоко вдыхаю запах свежего печенья. И каким-то образом чувствую, что сейчас мама совсем рядом. Мерцающий свет свечей и запах корицы с ванилью – это полная противоположность бушующей за окном буре, ассоциирующаяся только с теплом и уютом.

Мне посчастливилось получить в наследство приличную сумму, на которую я купила большой участок земли в милом районе – Плезантон-Лейк, Озеро Плезантон. Жить тут – словно жить в маленькой деревушке под боком у стремительно развивающегося мегаполиса. Дорожки, огибающие красивое искусственное озеро. Жильцы местных домов рыбачат с маленьких лодочек или катаются на катамаранах.

Но только не когда я боюсь. А боюсь я множества вещей. Сказать, что я заволновалась, когда Ной решил, что его новая работа стоит того, чтобы перебраться поближе к аэропорту, – это ничего не сказать. Особенно потому, что теперь он все больше живет в гостиничных номерах. Работа его преимущественно состоит из командировок, а аэропорт всего в получасе езды – существенное преимущество, учитывая, как сейчас разрастаются пригороды и как много времени обычно занимает дорога.

Обратная сторона всего этого – Ноя практически не бывает дома. Сложно не чувствовать свою обиду и, ну, одиночество. Я постоянно напоминаю себе, что мне просто тяжело дается быть самой по себе, да еще и следить за домом.

Одиночество – это для меня что-то другое, непохожее на то, как бывает у других.