Она и её Он

– Ты как?

– Хорошо, очень интересно!

– Ты от меня не прячешься?

– Прячусь, конечно. Ты же понимаешь это.

Улыбаюсь, снова легко.

– Дурацкая пауза, и непонятно, о чем говорить.

– О тарелках, конечно же. И проповедовать дзен! Как завещал классик.

– Мне очень помогло все то, что мы с тобою делали, спасибо тебе за работу.

– Пожалуйста! Получилось интересно.

– Ты пойдешь к нам?

– Не, я, пожалуй, тут потуплю, мне там как-то не очень.

– Я тогда тут немножко посижу.

– А ты как?

– Я… Я? Хорошо.

Вот та растерянность. Я не знала, что она есть, тогда еще не предполагала.

– Ты теперь занимаешься еще джазом?

– Да, это так круто! Я нашел себе школу, где учат взрослых, вообще с нуля, совсем с нуля! И джаз оказался таким классным.

Дальше нечего говорить, разве что еще одним способом переформулировать, что «джаз – это вау» и «заниматься им – ого-го!»

– Ты прочитаешь мой странный подарок? Я помню, что ты медленно и мало читаешь. Но там киберпанк – все, как ты любишь.

– Да, я прочитаю, обязательно.

– Слушай, я, наверное, пойду скоро, мне тут неуютно, и я больше не могу придумать себе дела.

Хрена себе! Я в тот момент не ждала от себя. И я совершенно искренне решила, что, либо он захочет меня задержать, и тогда… А что тогда – не знаю, но что-то глубоко личное и интересное. Может – про мир во всем мире. А может – про сто дней после детства. Либо он разрешит мне уйти, и тогда, значит, меня совершенно точно держат здесь только собственные тараканы, которых мне же и выпасать на заливных лугах самобичевания.

– Ну, ты чего! Оставайся!

– Не, Принц (ой, я произнесла это вслух!). Я пойду. Посидеть с тобой и чаем, поговорить о незначительных вещах и допонять свое недопонятое – это одно. А быть тут не в своей тарелке и в дурацком положении – это совсем неприятно. Я увидела, что у тебя все хорошо, сделала тебе свой подарок – он в комнате, в левом дальнем углу, под ковром.

В воздухе висели мое принуждение его к извинениям, моя в этом неправота. Его здоровое нежелание во все это ввязываться и его неправота от неумения промолчать тогда, когда надо непременно промолчать. Мне стало смешно. Ему – суетно. Месть состоялась, но я даже представить себе не могла, что мстить буду я, что я буду искать возможность уколоть и ужалить, причинить боль.