Она и её Он

Все правильно. Он меня высмеет, и я больше никогда не подниму голову вверх, я больше не буду ничего хотеть, я запомню свое место.

Мне захотелось уйти. Мне захотелось сбежать, оказаться в другом, в моем чудовищном измерении, в том, где ничего не может быть. Я играла за какой-то дом и быстро вылетела, просадив все свои фишки. Я решила, что надо спасаться. Встала, подошла к Роме со спины и сказала, что, пожалуй, пойду.

– Ир, чего так?

– Я пойду, мне пора.

– Ладно, давай. Пойдем.

Рома кивнул своей компании, вышел из-за стола, Маша кивнула и махнула мне, я пошла в прихожую, Рома шел следом.

Я включила свет, надела босоножки, забросила за спину рюкзак, повернулась сказать «пока, увидимся» и уперлась глазами в Сашу, стоящего за Роминой спиной.

– Пока, увидимся! – сказал мне Роман и открыл дверь.

– Да. Да… – сказала я и вышла.

Следом вышел Александр.

– Я вернусь через часок. Я там почти продул, так что можно распределить мои нечестным путем нажитые капиталы между трудовой общественностью, – сказал он.

Роман хохотнул.

– Сам такой!

И захлопнул дверь.

– Ты чего сбежала? – спросил Александр, оказавшись совсем близко и в совсем пустом лестничном пролете. Наедине со мной. Меня трясло. Мне было страшно и стыдно за то, что я подумала, какие картинки нарисовало мое воображение. Чтение Лоуренса и Набокова сделало со мной свое дело – я много знала и ничего не умела. Я была безоружна.

– Пойдем? Погуляем? Фиг с ними, танцами? – спросил он.

– Пойдем, погуляем, фиг с ними, танцами, – сказала я.

– А ты правда танцуешь? Вот как описала.

– Правда. Но я не хочу показывать. Это я для себя, наедине.

– Да, бывает. Что-то лучше наедине. Я как-то не так сказал, я другое имел в виду, когда спросил. Ты Ромку давно знаешь?

– Так, условно. Я вообще тут прижилась, как чайный гриб – не знаю за какие заслуги.

– Чайный гриб (улыбка). Очень образно говоришь. Ладно, пойдем гулять в твою сторону.

Я шла, как механическая кукла. Одной рукой придерживала сползающий рюкзак, второй держала первую.

«Что происходит?» – билось рыбой об лед в моей голове. Накал страстей перегорел, оставив привкус адреналина и бесчувственную тупость. «Что происходит? Зачем он со мной идет? Чего он хочет? Что происходит?»

Он шел рядом, убрав руки в карманы брюк, смотря себе под ноги и вперед. Он о чем-то думал. А я думала о его косе, которая была длиннее моей.

– Почему ты носишь косу?

– Привык. Мне нравится. А волосы у меня путаются. Ты тоже носишь косу.