Звездная Ласточка

Она сильно изменилась: повзрослела, посуровела, сбросила девчачью наивность и мечтательность. От подростка, каким я ее запомнил, ничего не осталось. Черты лица заострились, резко обозначились скулы, в ручейных глазах застыла печаль. Мири улыбалась, но не так открыто, как раньше, а сдержанно, из вежливости. Наша княжна воспитывалась в строгости, и я знал, что никакие беды она не покажет чужим людям. К несчастью, я не относился к ее близкому кругу избранных.

Я угрюмо сидел, и Мири подошла ко мне сама.

– Сильв! Я так рада тебя видеть! – и она улыбнулась, как три года назад, светло и искренне.

– Я тоже рад. Как дела, Мири? – я произнес ничего не значащие вежливые слова приветствия, а внутри у меня бушевала радость. Когда-то я выучил ее милое лицо наизусть, и теперь видел на нем каждое, даже самое маленькое изменение, нанесенное потерями.

– Дела нормально, – ответила девушка. – Вот только что вернулась с Меандра. Вылавливала диких измененных лимнад.

– И тебе не дали отпуск после работы на Меандре? – поразился я.

– Я отказалась от отпуска, – тихо ответила Мири.

Странно. Работа на Меандре считалась одной из труднейших для моди. Психологические травмы косили даже самых стойких, и поэтому там работали только альфы.

Меандр – планета, на которой в эпоху Великих Генных модификаций разразилась гуманитарная катастрофа. Нелегальным генетикам приглянулись местные обитатели рек и озер – красивые полуразумные создания, похожие на греческих нимф. Светло-зеленые лица, изумрудные глаза, блестящие зубы, копна кудрей травянистого цвета, полные зеленые губы – все это произвело фурор у модниц Галактического Союза.

Многие девушки модифицировали кожу, добавляя в нее зеленый пигмент, и делали себе руки с перепонками на ладонях, как у меандрских лимнад. Извращенцы тоже захотели иметь чудесных экзотических созданий в своих гаремах. Богачи стали заказывать лимнад для бассейнов и личных озер, но бедняжки гибли от тоски. Естественно, нелицензированные модификаторы вплотную занялись речными нимфами.

Прекрасные создания обитали лишь в одном месте на Меандре – в Озерном крае, окруженном горами. Хищники в закрытой экосистеме не водились, и лимнады процветали. Существа женского и мужского пола были так похожи, что разобрать, кто есть кто, оказалось почти невозможно. Генетики пытались приручить нимф и приспособить их к жизни в воде разного состава, но генотип пресноводных обитателей оказался настолько стойким, что они массово гибли.