Дамнар. Неведение II

Про другие места Клэр расскажет, а может и сам догадаешься. Приступай, – последнее слово отозвалось импульсом в мозгу Октавио. Не в силах сопротивляться, он прильнул к шее жертвы, стараясь держаться подальше от яремных вен и артерии, мысленно молясь, чтобы она ничего не почувствовала.

Еся, слушая весь этот разговор, внутренне содрогалась. Как только острые зубы сомкнулись на коже, сознание девушки уплыло в ласковый туман безмятежных грёз. Дыхание парализованной стало ровным и глубоким. Всё тело расслабилось, создалось впечатление, что она заснула.

Князь был удивлён. До этого случая он наблюдал у жертв дурман, приносящий опьянение, возбуждение, даже галлюцинации, но покой и умиротворение во время процесса кормления он видел впервые. Тем не менее отвлекаться нельзя. Для насыщения много не требуется, но неопытный малый скорее больше мимо прольёт, чем выпьет, а потом ещё кровь останавливай.

– Достаточно, отпусти её.

Октавио отпрянул от девушки, машинально поднеся ко рту руки, и, коснувшись влаги, поднял их на уровень глаз. Вся нижняя часть лица оказалась измазанной в крови. Руки юноши начали мелко дрожать, когда он начал осознавать случившееся. Он перевёл взгляд на спящую девушку. Она казалась безмятежной. Из раны сочилась кровь, пропитывая тёмную ткань дивана. Цвет был выбран явно не случайно. Крови почти не было заметно на обивке.

– Ну? Может быть, ты ей рану зажмёшь чем-то, или так и дальше будешь пялиться? – в насмешливом голосе Князя послышалось раздражение. Он не хотел показывать кнехту, что жизнь девки его хоть как-то волнует.

Октавио, как в полусне, заметался взглядом по комнате, не находя никакой подходящей тряпки.

– Подсказка. На тебе есть рубашка. А она сейчас из морока перейдёт в вечный сон, пока ты видами любуешься.

Юноша, всё ещё лежащий на Есе, сел, не заботясь о том, как это выглядит со стороны. Неумело стащил за ворот с себя блузу, не тратя время на пуговицы. Скомкал её и прижал к кровоточащей ране, дрожащей от напряжения рукой.

Князь, убедившись, что рана надёжно зажата, а девка крепко спит, отпустил её руку и не спеша отправился к креслу, на спинке которого была небрежно наброшена его куртка. Начал рыться по карманам.