В тихом омуте

Как можно более честно и откровенно. Он подскажет какой стратегии поведения придерживаться. Договорились? Послушайте, я не брошу вас в беде. Вы… верите мне?

Ника улыбнулась:

– Роман Алексеевич, вы бываете очень убедительны. Вам сложно не верить. Однако не побеспокою ли я вашу жену, приняв приглашение?

«Почему бы не расставить все точки над и?» – рассуждала Вероника.

Но мужчина ответил сухо, без заминки:

– Она здесь не проживает.

И, прокрутив своё обручальное кольцо, снял его со словами:

– Об этом не стоит переживать.

Вот теперь Ника начала осознавать, что все серьезно. Она внимательно посмотрела в глаза сидящего рядом мужчины, пытаясь найти ответы на не заданные вслух вопросы.

– Хорошо, действуем по вашему плану, – наконец-то согласилась она без тени улыбки.

Они вышли из машины. Мужчина, нажав кнопку брелка, включил сигнализацию. И, обернувшись к Веронике, протянул ей руку: идти по талому снегу было скользко.

Не смотря на то, что дом был современной постройки, пассажирский лифт в нем был узким – на манер советского прототипа.

Профессор впервые был рад этому, стоя рядом с Вероникой лицом к лицу – все двенадцать этажей. И чем выше поднимался лифт, тем более накалялась атмосфера.

Доехав до места назначения и выйдя из лифта, мужчина, не совладав с эмоциями, обнял девушку за талию, развернув к себе, и страстно поцеловал.

Он прижимал ее к стене, осыпая поцелуями, и понимая, что теряет контроль, обуреваемый чувствами.

Щелкнул замок соседней двери, отрезвляя и рывком возвращая в реальность.

***

Войдя в квартиру, Ника отметила, что здесь было довольно уютно. Квартира казалась просторной благодаря хорошему ремонту и грамотно подобранному сочетанию мебели.

Оглядевшись, девушка заметила, что квартира была «бездетная»: не было ни намёка на то, что здесь мог бы жить ребёнок. Ни игрушек, ни детской одежды на вешалке. Это удивило Веронику. Она осмотрелась ещё раз. Нет, ничего.

Сидя на кухне у Романа Алексеевича за чашкой чая, Вероника прокручивала в голове утренние события, в результате которым оказалась там, где оказалась. И эти события теперь казались ей не такими ужасными.