Ты не уйдешь

Сигнализация по всему периметру здания, тревожные кнопки для владельцев, датчики движения в каждой комнате, единый пульт управления на входе. Иногда заказывали подключение видеокамер.

– Думаю, на этом можно закончить, – решил Айзек, посмотрев на часы. – Не будем задерживать Оксану Михайловну. Все свободны. Устроим сегодня короткий рабочий день.

Сотрудники «Элит» довольно заулыбались, поднялись с диванов и всей толпой направились из кабинета. Айзек встал у выхода из кабинета, пожимал мужчинам руку на прощание.

Оксана слишком поздно поняла, что остается с этим человеком один на один. Проводив взглядом последнего вышедшего из кабинета, она молча смотрела, как Айзек запирает изнутри дверь и отправляет ключ в правый карман брюк.

– У нас остались нерешенные вопросы, – улыбнулся мужчина.

Он подошел к своему столу, взял с него документы, после чего вернулся к диванам. Блондин жестом пригласил Оксану сесть напротив и протянул ей бумаги.

– Никаких изменений? – Девушка покачала головой, по-прежнему сохраняя на лице деловую улыбку. – Отлично. Подписывай.

Бумаги были брошены на стол, и Оксана притянула их к себе. Она не собиралась торопиться. Это свежая распечатка, и стоит проверить, что в ней не появилось никаких нежелательных дополнений. Нойманн достал ручку из нагрудного кармана и протянул Оксане, но она проигнорировала этот жест. Девушка достала из сумочки собственную ручку и очки для чтения в тонкой черной оправе.

Оксана просматривала страницу за страницей, сравнивая текст с той версией договора, что у нее был. Хорошо, что первую копию она захватила с собой.

– Что расскажешь по поводу ранее заключенных контрактов с клиентами? – Голос Айзека в очередной раз прервал тишину в офисе.

– Всю информацию вы получите после того, как мне придет подтверждение из банка о переводе денежных средств, – не отвлекаясь от сверки, ответила Оксана.

– А передача техники и серваков?

Закончив с очередной страницей, Оксана проставила внизу свою подпись и перешла к следующей. Очередное сленговое словечко в исполнении обрусевшего немца заставило ее поморщиться.