Хищные страсти

Подобравшись на кровати, ягуар замыслил шалость, собираясь привести в чувства гостью. Она неплохо отдохнула, и ей бы уже пора наградить своего спасителя.

Мужчина оттянул чашечки лифчика, обнажая полные груди из шелкового плена. Припал губами к одному из сосков и тут же уловил, как изменилось дыхание незнакомки – стало чаще, глубже. Стоило ощутить под своим языком как затвердевает маленькая розовая вершина, Рут застонал от прострелившего его возбуждения.

Низкий гортанный рокот разнёсся по комнате. Довольный самец с ненасытной жадностью посасывал, ласково терзал зубами и вылизывал соски, закрыв глаза от удовольствия.

Становилась влажной.

Рут опустил руку к её трусикам, встречая кожей томительный жар женского лона. Горячая и страстная, незнакомка будто только и ждала, когда же мужчина, наконец, дотронется до самой чувствительной точки. Но и Рут не торопился баловать гостью, страстно желая для начала погрузить свои пальцы в мокрую от возбуждения щёлку.

– Моя.

Тугая, словно девственница. Горячая, как пламя. В ноздри с свежей силой ударил ошеломляющий запах, на этот раз с новыми нотками. Её смазка, любовный сок, который обволакивал пальцы Рута. Он неспешно входил и выходил, сначала одним пальцем, затем двумя, мягко подготавливая девушку для себя. Ощущения невероятной близости, у практически единения, заставляли эмоции хлестать через край.

Больше никакого ожидания.

Взять своё.

Пометить.

Не отпускать.

Мужчина низко зарычал в предвкушении. Осталось только сорвать чертовы трусы…

Мег очнулась в момент, когда в ноги болезненно впилась ткань её белья. До сих пор глубокий сон лишь постепенно сменялся приятной негой во всем теле. С каждой минутой становилось все жарче, словно языки пламени скользили под кожей, упорно концентрируясь где-то внизу живота. Эротические сны так редко посещали девушку, что упустить этот ей не хотелось. Так что глаза она отказывалась открывать до последнего.

Не успев до конца сообразить, где она находится, Мег завизжала, стоило увидеть возле себя незнакомого голого мужчину, который держал в руках остатки её нижнего белья.

Оборотень схватился за голову, от пронзительного крика его уши заложило настолько, что он чуть не взвыл.

– Замолчи! – бросил он требовательно, когда барабанные перепонки готовы были лопнуть.