Босс без совести

 – Мой братец вам докучает?

Руки блондина мягко легли на мои плечи, затем он обошел мой стул и присел передо мной на корточки.

– Вас пора спасать?

Ребятки, это вас спасать надо. От меня.

– Простите, что здесь происходит? – захлопала я глазками, аки дурочка последняя. И растерянно стала переводить взгляд с одного брата на другого.

– Макс, свали! – процедил старший Ворошилов.

– Не смотрите, что он бурчит, – шепнул Макс мне на ухо. – Только дайте знак, и я вас уведу. И он вас больше не побеспокоит.

– Максим Андреевич! – Я сняла его руку со своего плеча.

Два ужа на сковородке.

Вот бы как-нибудь понять, насколько тесно братья между собой общаются? Ведь если они будут отчитываться друг перед другом о каждом нашем разговоре, моя затея быстро прогорит.

Надо быть очень, очень осторожной.

Максим достал из кармана визитку и вложил ее мне в руку. Судя по всему, жест должен был остаться незаметным, но блондин настолько выразительно смотрел на своего брата, что нетрудно было догадаться, для кого весь этот спектакль.

– Не позволяйте ему вас запугать. – Максим встал и лучезарно улыбнулся. – Позвоните мне.

И ушел.

Визитку из рук я выпускать не стала. Пусть Никитка побесится. Вертела в руке карточку с номером Ворошилова-младшего, постукивая ею по столу, обдумывая, что сказать дальше.

– Никита Андреевич! – Я поджала губы, ненавидя себя за то, что такая добренькая. – Вы ничего не хотите мне объяснить?

Чем не шанс ему признаться? Ну дураки, понятно.

– Ангелина… – Волк вновь подался вперед. – Этот разговор может остаться между нами?

Кивнула.

– Вы, очевидно, девушка неглупая. И могли заметить, что у нас братом… отношения специфические…

Это слабо сказано.

– Ну о репутации Максима, вероятно, можно и не говорить.

– Поверьте, насчет этого у меня иллюзий нет.

– Ангелина, вы мне нравитесь.

Вот так прямо в лоб? Вау! Да, внутренний скептик во мне сегодня ликует.

– Учитывая нашу встречу в кабинете, сомневаюсь, что вы действовали, исходя из глубокой неприязни ко мне.

Никита напрягся. Можно было видеть, как заходили у него на скулах желваки. Губы поджал, пальчики – в кулак, аж костяшки побелели. Кажется, мне стоит быть менее ехидной. А то сорвется рыба моей мечты с крючка.

– Я говорю серьезно.

Ага!

– Никита Андреевич. Не подумайте, что я ханжа… Но с места в карьер – это не для меня.