Экономика

Как ни странно, я не так уж разочарован: все могло быть хуже. В конце концов, эти девушки могли быть англичанками. Мы могли пить… чай.

– Выехали с какой-то экзо… экологической инспекцией на Варандейское. Едем по зимнику на «Ленд Крузере», – рассказываю я высокой Наташе-2, надеясь, что роскошь описываемой поездки произведет на нее впечатление. – Вдруг бац, удар какой-то по бамперу. День в разгаре, никого не видно, дорога пустая. Выходим – куропатку сбили. Мы ее в багажник. Еще один удар – снова куропатка! Ее тоже в багажник.

– А какой модели «Ленд Крузер»? – спрашивает Наташа-2, оживляясь.

Первая Наташа меланхолично пьет третий бокал пива объемом 0,33.

– И че с ними сделали, – добавляет Наташа-2, одергивая свой свитер.

– Зажарили, наверное, – я игнорирую первый вопрос, потому что не знаю ответа.

– Охота без ружья? – пытается поддержать меня Алиев. – Это как рыбалка на диване.

– Типа того, – я замечаю, как теряю внимание.

– Там наверное холодно. Мне нужна новая шуба, – спокойно говорит Наташа-1.

– Норковая? – спрашивает Наташа-блондинка.

– А тебе не кажется, что норка слишком… пушистая? – спрашивает Наташа-1.

– Да, норка бывает очень пушистая, – соглашается Наташа-2.

– Серебристая лиса – это очень модно, – бубнит Наташа-1.

– И бежевые тона тоже, – говорит согласная с ней Наташа-блондинка.

– А что бывает в бежевых тонах? – спрашивает Наташа-шатенка.

– Ясак, – говорю я. – От ненцев.

– Рысь, шиншилла, горностай, бобр.

Между нами пропасть, разделенная невидимой стеной.

– А ты знаешь какой процент ВИЧ-инфицированных в Нигерии? – спрашиваю я Наташу-шатенку, и сам отвечаю на свой вопрос. – Высокий, процентов 10, а может и больше.

Наташа-1 смотрит на меня и молчит. Она всегда молчит. Мы продолжаем пить еще некоторое время, после чего кто-то предлагает поехать на такси туда, где танцуют.

Мы едем в гопнический клуб «Государство», известный многочисленными драками посетителей и сломанными челюстями. Вычурная завитая вывеска «Государства» горит неоном.

За барной стойкой, потягивая джин-тоник, я веду диалог с относительно симпатичной брюнеткой в обтягивающем платье. Всполохи софитов ритмично накладывают длинные глубокие тени на ее лицо.

– А я в 98-м закончила мед! – громко кричит она мне и сразу же ловко взлетает на барную стойку, начиная там танцевать.