На грани доверия. Книга третья.

– А мне на Таганку, там пересадка, – сообщила Мира.

– Так, с Мирой мне ехать, а Таисья нас быстро покинет, – резюмировал Зорин, Тая грустно кивнула, – зато вам до университета близко, очень удобно, – утешил её. Они все вошли в метро. – Как хорошо, девчонки, что вы меня вытащили в кафе, я расслабился, отдохнул, – Вадим попеременно подал обеим руку на эскалаторе, – я надеюсь, это у нас войдёт в традицию – так встречаться в кафе и общаться?

Обе радостно закивали.

– А если быть откровенным, то я вообще-то человек домашний, приедешь домой, книжечку почитаешь.

И совсем не болтлив, это я сегодня что-то разговорился, а так я – мягкий и молчаливый.

Мира и Таисья переглянулись и рассмеялись. Вскоре Таисья попрощалась, вышла на своей станции. А Мира и Зорин сели, благо в вагоне было много свободных мест. Мира почувствовала тепло его сильного плеча – они сидели близко друг к другу. Почувствовала и затрепетала. Хорошо, что Вадим Георгиевич ни о чём не догадывался, он принялся рассказывать о своей поездке в Париж, где был несколько раз.

Сказал, что поставил перед собой задачу посмотреть «Мону Лизу» в Лувре. Долго всматривался в портрет, пытаясь понять загадку этого образа, его магию, но ничего не увидел, кроме своей глуповатой физиономии, которая отражалась в стекле – картина-то застеклена. Рассказывал он ещё и ещё, не заметили, как подъехали в остановке Миры.

– Ваша Таганка, – сказал Зорин и, как истинный джентльмен, поднялся с места и проводил Миру до дверей.

– Спасибо вам за общение! – улыбнулась девушка.

 – Надеюсь, мы ещё увидимся.

– Безусловно! – подтвердил Зорин. – И вам спасибо, я тоже получил много радости от нашего общения.

– В таком случае до сентября?

– Да, до сентября.

Мира махнула рукой в знак прощания и выпорхнула из вагона. Зорин посмотрел ей вслед, осталось весьма приятное послевкусие.

Вспомнив всё это сейчас, он улыбнулся, наконец, завёл автомобиль и поехал домой. Виктория уже звонила.

– Ты сегодня выглядишь очень довольным, – заметила она, когда Вадим сел ужинать, устроилась напротив и наблюдала, как муж ест с завидным аппетитом.

– Ну, меня в сентябре всегда вдохновляет учебный год, – отозвался Вадим, отламывая хлеб, он всегда так делал – не откусывал, а отламывал маленькие кусочки, – пока нервы не потрепаны, пока студенты не проявляют лень или нахальство.

– Зорин, я раньше и представить себе не могла, что ты станешь преподавать, – Вика поднялась, поставила чайник.