Звук шагов в порывах ветра. Книга четвёртая.

– Это всё от чувств-с, – шутливо оправдался он. – А помнишь, как я дёргал тебя за хвостики?

– Помню, – отозвалась Мира. – А потом твои родители купили квартиру в другом районе и вы уехали. И все во дворе переживали, – она улыбнулась, вспомнив, как, действительно, переживали девочки во дворе, когда уехал Валерка – самый боевой, самый обаятельный мальчишка. А больше всех страдала худенькая как щепочка Лена, потому что их дразнили «жених-невеста». Лена, конечно же, была влюблена в Валерку, да и тот больше всех уделял ей внимания.

– Слушай, Мира, у меня появилась идея: давай где-нибудь встретимся и посидим? – предложил Валерка. – Вспомним наше детство, двор, ребят, – он посмотрел на часы. – Мне сейчас надо бежать, совсем нет времени. Но я очень хочу увидеть тебя ещё раз, – он опять улыбнулся.

– А давай, – кивнула она, достала телефон.

– Да, в ближайшее время, – Валера набрал номер телефона, тот сразу зазвонил у Мирославы, – рад был встрече, – чмокнул её в щёку, опустил очки на глаза, быстро пересёк улицу, завернул за одно из зданий и скрылся из виду.

– И что это был за тип? – раздался голос мужа за плечом Миры. Она спрятала улыбку.

– Тип? О ком ты? – Мира невинно смотрела на мужа. Он хмурился.

– Только что ты любезничала с каким-то мужиком, который к тому же поцеловал тебя, а потом исчез как шпион, – Дима нервно кашлянул, поправил очки.

– Не поцеловал, а всего лишь дружески чмокнул, – уточнила Мирослава.

– Дружески? Это теперь называется дружески, ну да, – Данилевский сложил руки на груди.

– Да, дружески, это бывший сосед Валерка, мы сто лет не виделись, а теперь случайно встретились, пока я тебя, мой милый, прождала весь обед, между прочим, – Мира показала на часы на своей руке. – Мало того, что ты безнадёжно опоздал, ещё и твой телефон всё время недоступен.

– М-м-м, – Дима замялся, достал из кармана телефон, посмотрел на его экран так, будто там могло что-то измениться за последние полчаса, но нет – экран был по-прежнему чёрным. Надо вовремя заряжать. – Да, я признаю, что опоздал и что мой телефон вне зоны доступа, но на всё это у меня есть оправдания, – вздохнул, снял очки.

– Какие же? – Мира выразительно приподняла брови.