Крылья в багаже. Книга вторая.

– Да, – быстро согласилась Надя, – поэтому, – она задумалась, – поцелуй меня, – выдала требовательно, словно желала получить компенсацию.

– Мы в общественном месте, – мягко напомнил он.

– Мы – молодожены, – возразила она.

– На нас все смотрят.

– Мы в тени и за большой пальмой.

– Я не целуюсь на улице.

– А я целуюсь там, где мне хочется. И даже под лестницей, в пыли, между старыми ящиками. Главное, не где, а с кем.

– Неужели? – совершенно искренне удивился он. – И позволь узнать, с кем же ты целовалась под лестницей, в пыли, да еще между старыми ящиками?

– О таких вещих обычно не распространяются.

– Но я-то могу знать? У меня есть все-таки некоторые привилегии.

– И какие же?

– А вот какие! – он прижал ее к себе и поцеловал. – И что ты скажешь на это? – он оторвался от ее губ.

– Целоваться в общественном месте неприлично, – перевела дыхание она.

– Мы в тени и за большой пальмой, – ответил Николай.

– Я никогда не целуюсь на улице, – Надя передразнила его и в смешной гримасе наморщила нос.

– А я целуюсь и еще как! – он опять впился в ее губы.

– М-м-м-м, кажется, на нас смотрят, – Надя, нацеловавшись, спрыгнула с коленей мужа. Недалеко от их скамьи стояла худенькая сгорбленная старушка и внимательно смотрела, как они целовались. Надежда смущенно хихикнула, поправила волосы, кофточку и, проходя мимо, извинилась по-английски. Креолка неожиданно улыбнулась тонкими бескровными губами, и, прижав к себе сплетенную из листьев вакоа сумочку, поковыляла к рынку.

– Как мило! Нас не осудили, – сделала вывод Надя.

– Знаешь ли, в определенном возрасте иногда приходит мудрость, – заметил Николай, – кроме того, подозреваю, что этой пожилой леди вспомнились самые романтичные моменты ее жизни. Кстати о мудрости, давай зайдем в один универмаг?

– Универмаг? – удивилась Надя. В последнее время это понятие как-то выпало из жизни. Скорее, супермаркет, торговый центр или просто магазинчик, но не универмаг, тем более, муж почему-то связал его с мудростью.

– Конечно, универмаг «Дживан». Там продают множество товаров, но, прежде всего, люди приходили туда познакомиться с самим хозяином. Уникальный был человек – Кантилал Дживан Шах. Его семья сто лет назад приехала на Маэ из Бомбея. Этот человек, помимо того, что являлся коммерсантом, историком, художником, натуралистом, активистом-экологом, был просто кладезью премудрости. Мудрец Индийского океана. К нему приходили познакомиться и выдающиеся люди и просто туристы.