Диверсант. Дорога домой

Как только разберёмся с чёрными дикарями, слугами этих выродков из Американских Свободных Штатов, мы покончим с этими азиатами окончательно.

– Это правда, господин гауптштурмфюрер?! – Голос Вольфа был полон восторга.

– Да! Поверь мне, Вольф. Мне рассказал об этом первый помощник гауляйтера.

– Наконец-то! Давно пора от них избавиться. Китайцы гораздо сговорчивее и работоспособнее их. И меньше спеси!

– Вот именно! Фюрер думает точно так же. Его терпению пришёл конец. Слишком много от них проблем.

Лицо Кляйна исказилось в жуткой ухмылке.

Я изо всех сил прикидывался, что до сих пор не пришёл в себя, хотя сдержаться мне было нелегко. Один Бог в тот момент знал, чего мне это стоило! Хотелось вскочить и отправить всех этих уродов на тот свет, если он, конечно, ещё существует. Отомстить им за всё! За унижение, за ненависть, за то, что они считают себя выше и лучше других… Этот мир сильно отличается от моего прежнего, здесь царят совсем другие законы, другое отношение к людям.

И оно меня не устраивало!

В своём мире я заплатил самую дорогую цену: отдал жизнь, чтобы никакие фашисты, террористы, маньяки никогда не причиняли вред простым, нормальным людям, но, видимо, этого оказалось мало. И по каким-то непонятным мне причинам я оказался здесь. Точнее, непонятным мне ранее, до того момента, как я услышал этот разговор.

Я должен любым способом помешать этим так называемым сверхлюдям исполнить их планы.

Любым!

Я заскрипел зубами.

Но это нелегко будет сделать! Мне нужно будет о многом подумать, приготовиться.

Но сперва мне нужно выжить здесь, на этой проклятой войне, и, разобравшись в местных реалиях, уже взяться за дело всерьёз.

Я попробовал пошевелить рукой, и меня мгновенно пронзила острая боль.

– О, очнулся! – Вольф повернулся ко мне. – А я уже думал, что ты сдох.

Я просверлил его ненавидящим взглядом и посмотрел на Кляйна. Тот презрительно сплюнул под ноги и кивнул двум гренадёрам, ожидавшим его приказа неподалёку.

– Убрать его! Мусор…

Те сноровисто отвязали меня от скамьи и потащили куда-то в глубь лагеря.