Воины Игры. Шут Императора

Какой же он маленький! Кажется, среди всех кадетов школы он младше остальных и, оттого беззащитный.

Арвох скосил глаза на обоих детей и, внезапно ухватив землянина за шиворот, резко поднял его. Он держал перепуганного малыша напротив оскаленной пасти.

– Арвох, что ты делаешь? – едва шевеля губами от ужаса, выдавил Огли, боясь двинуться.

– Даже самый спокойный и дружелюбный мохван, всегда остаётся мохваном – хищником, а я давно уже не ел человеческого мяса. Что ты скажешь, если я сейчас порву этого уродца и часть своей добычи принесу твоему отцу, который тоже несколько сотен лет не прикасался к мясу людей?

Корин от ужаса обмяк в гигантской руке киборга.

– Не надо, Арвох, – Огли осторожно шагнул вперёд. – Отпусти его, иначе Император узнает обо всём и…

– Ничего не произойдёт, глупый шут. Я просто, перепишу отчёт на имя любого мохвана, и мне всегда и всё сходило с рук. Ты хочешь его защитить?

– Да, – Огли потянул свою косу со вплетённой цепью. Он знал, что не одолеет мохвана, но был твёрдо намерен отбить у него землянина и дать тому сбежать.

Разглядывая трясущегося ребёнка в своей руке, мохван даже не смотрел на шута и тихо говорил:

– Вот видишь, ничего мы не можем поделать со своей природой и директивами ЦП. Мы – убийцы, людоеды, хищники. Ты не представляешь, как трясутся наши поджилки от счастья лишь от одного вида смерти в глазах разумных. Их глаза мутнеют, когда сердце перестаёт биться… А запах крови слаще любого мёда.

Огли сделал ещё шаг вперёд и начал осторожно раскачивать свой пайкчхик, целясь волку в горло.

Арвох усмехнулся и опустил Корина на пол.

– Пошли, время поджимает, – как ни в чем не бывало, мохван двинулся дальше по коридору, бросая на бледных мальчишек лукавый взгляд. – Здесь вход на третий ярус. Надевайте платья и вперёд. У вас на все дела осталось не больше сорока минут. Торопитесь.

Корин, похоже, пришёл в себя и заплакал, прижимая к груди сверток.

Зачем Арвох напугал их обоих? Огли с недоумением смотрел на советника.

Советник в этот момент отвернулся и исчез за поворотом.

– Быстрее, Корин! Надевай платье! – Огли тоже торопливо натягивал старый, девчачий, белый с красными цветочками наряд. Увидев, что друг всё ещё неподвижно сидит у стены, шут присел рядом и встряхнул его:

– Корин, я нашёл твою маму. Она здесь. Вы улетите отсюда и будете вместе жить долго на Земле.