За чертой ненависти

Олеся сделала глоток ароматного кофе и на несколько секунд зажмурилась, отключившись от происходящего. Там, «в её мире», было хорошо. Шум моря. Белый песок и пальмы. Много пальм. С кокосами. Чудесный мир! Открыв глаза, Олеся встретилась с пронизывающим взглядом синих глаз. По её телу пробежал холодок. От растерянности она не смогла сразу отвести взгляд. Олеся застыла на месте и не могла пошевелить даже пальцем. А синие глаза, казалось, проникли в самую душу, заставляя сердце стучать в бешеном ритме. …Её море всколыхнул разрушительный шторм, ветер вырвал пальмы вместе с корнями и кокосами.

Чайки сдохли. Полянский смотрел на неё так, как хищник смотрит на свою жертву. Через усилие девушка отвернулась и напряжённо сжала губы. Чашка в её руке начала предательски дрожать. Она поставила её на стол и опустила голову.

Пока Олег Полянский и Григорий Владимирович обсуждали детали договора, Олеся мечтала, чтобы всё это поскорей закончилось. Она часто поглядывала на часы и нервно теребила ворот своего жакета.

Несмотря на открытые окна, ей не хватало воздуха. Ей хотелось быстрей выбраться из этого душного помещения.

– Спасибо, Олег! – Григорий Владимирович, наконец, встал из-за стола и пожал руку Полянского.

– Думаю, наше сотрудничество будет плодотворным, – искренне улыбнулся Олег.

– Всего доброго!

Григорий Владимирович повернулся к Олесе и поднял руку в прощальном жесте.

– До свидания, Григорий Владимирович, – улыбнувшись, ответила девушка.

Когда Григорий Владимирович исчез за дверью, Олег повернулся к Олесе, которая уже приготовилась сбежать, и посмотрел на неё взглядом, не предвещавшим ничего хорошего:

– Значит, я недоумок… И урод…

Олеся прикусила губу.

Ведь он цитирует её слова. Вчера в порыве гнева она наговорила этому человеку кучу гадостей. Олег выжидающе посмотрел ей в глаза.

– А ещё вы злопамятный тип! – не растерялась девушка.

Полянский усмехнулся и, продолжая сверлить несчастную взглядом, произнёс:

– А вы, Алексина, не подготовились к встрече с важным клиентом.

– Потому что встреча должна была состояться завтра… – она смотрела на мужчину беспомощным взглядом, а он, казалось, испытывал от этого наслаждение. Изо всех сил Олеся пыталась выглядеть невозмутимой, – И не нужно на меня давить. Я бы разобралась с документами, и завтра у меня бы всё от зубов отскакивало. Я же не знала, что встречу перенесут.

Полянский выразительно хмыкнул, и Олеся поняла, какой дурой она ему кажется.

– Да, ты не знала.