Зона Топь

Мой пятилетний сын Данила потихоньку готовился к школе и активно дрессировал ризеншнауцера Ривза.

То есть дома поселилась стабильность, а в магазине провисли заработанные деньги. Значит, появилось время и возможность съездить в столицу, пощупать новый товар и купить всем подарки к нашей с Кириллом свадьбе. Развлечься.

Взвесив «за» и «против», я не стала будить Кирилла и просить поехать со мной. Он вчера весь вечер сидел перед телевизором и грелся двумя одеялами – снаружи и сорокаградусными напитками – внутрь.

Уже одевшись, я поднялась на второй этаж. В нашей спальне поцеловала сонного Кирилла, в детской – Данилу и черного Ривза.

При выезде из поселка зашла в магазин.

Брат неспешно ходил по торговому залу, сверяя по накладным наличие товара.

– Толик, – я встала перед прилавком. – Не забудь закупить продукты, холодильник пустой. И проследи, чтобы Данила съел суп.

– Какой суп? – Толик сонно посмотрел на меня.

– Который ты сваришь. На Кирилла надежда маленькая. И вообще, Данила не его сын, а мой, и твой племянник, между прочим. Пока будешь суетиться по хозяйству, поставишь моего красавчика за прилавок. Товара все равно мало, справится.

– Машка, заканчивай дурью маяться, – брат кинул бумаги на прилавок. – Давай наймем домохозяйку, на хрен мне по дому с половой тряпкой шариться и у плиты стоять.

– Толя… – Зубы мои свело от недовольства. Терпеть не могу тратить кровные денежки на неоправданные расходы.

Сев в машину, я наметила себе маршрут – Митинский радиорынок, китайский ресторан «Шелковый путь» и магазин «Москва» – все четыре этажа.

Длинная полупустая дорога всегда вызывает у меня ощущение будущего приключения. Как подготовка к Новому году и ожидание перемен к лучшему… У некоторых людей ожидания сбываются. Например, у меня. Хотя…

Гоня свой «Лексус» между заснеженных деревьев леса, сквозь деревушки и города, я уговаривала себя угомонить непонятно откуда появившееся чувство тревоги.

У меня в жизни практически все сформировалось. Работа, о которой я мечтала, обожаемый ребенок, отличные родители, хороший дом, братец-умница и красавец-любовник, обреченный через месяц стать мужем. «Благодари Бога и не суетись», – «строил» меня оранжевый голос. И только тонкий червячок – «так хорошо долго не бывает» – точил душу.

И еще я корила себя за то, что решила поставить Кирилла за прилавок.