Зовите меня Медведем

На трезвую голову варианты не отличались ни откровенностью, ни разнообразием. После первой бутылки пошло веселее. Клюква, отказавшийся отдать руль Мопсу с самого начала, злился, что все развлекаются в салоне, и включил диск с тайскими песнями на полную громкость, чтобы не слышать наш безудержный смех.

– Реми, твой черед.

Он нахмурил брови, пытаясь вспомнить достойную историю из своей бурной жизни.

– Я однажды чуть не попался, целуясь с учителем в классной комнате.

Мы прыснули.

– Значит, Уинзор не был твоим первым мужчиной?

– Что еще ты от нас скрываешь?!

– Это не по правилам, сначала исповедуйтесь, а потом судите.

Мопс поднял руку, что означало – он «грешник», Марта присоединилась, Клюква спросил, считается ли учительница, но Мопс отрицательно помотал головой.

– Вы попались?

– Да.

– Да. Медведь?

– В этом кону я свят.

– Тогда придется тебя споить, а нам покаяться.

Фантазия у Реми не пошла дальше того, чтобы все выпили.

– Слишком просто! Тебе нужно спаивать святошу, а не всех подряд.

Но он настоял на своем. Я разлил ром по пластиковым стаканчикам, и задумался над своим выступлением. В голову ничего не шло, и мне пришлось пропустить Марту вперед, выпив штрафной стакан.

– Я однажды чуть было не выскочила замуж.

– Нифига себе, – Клюква подскочил на водительском сиденье и присвистнул.

– Я думала, ты нас игнорируешь.

– Вы же орете на всю машину.

– Сделай музыку громче.

– Это максимум.

– Тогда просто не слушай. Итак?

Мопс отрицательно помотал головой.

– Мне никогда не везло. Хорошо еще, что за домогательства в суд никто не подавал. Отношения как-то не складывались, так что я свят.

– Я тоже чуть было не женился, налью тебе, Мопс, если приставать потом не станешь.

– Мы с бывшей девушкой жили в гражданском браке, думали пожениться, но не сложилось. Я тоже тебе налью, Мопс.

– Вы расстались?

– Она погибла.

Марта виновато опустила глаза, а Реми положил руку мне на плечо, но ничего не сказал.

– Я был женат.

– Что?

– Когда?

– На ком?

Мои слова были забыты, и я почувствовал несказанное облегчение. Клюква наотрез отказался говорить об этом до тех пор, пока ему тоже не дадут выпить. Алкогольное опьянение все сильнее давало о себе знать, и нам пришлось сбавить обороты. Мы уже не следили за ходом событий, просто рассказывали самые тупые и странные истории, приключавшиеся с нами.