Подводный мир. трилогия

Он начал задавать ей вопросы, но по мере того как она отвечала, он задавал все сложнее и сложнее, и мы, вдруг, увидели, что преподаватель никак не мог поставить ее в то положение, при котором она не смогла бы ответить. Мы в процессе опроса уже давно потеряли нить самой темы, потому что сложность была столь очевидна, что я начал лихорадочно рыться в учебнике и искать ответы на эти вопросы. Но когда я увидел, что это вышло уже за грань изучаемого материала, я понял, что это не опрос, а соревнование.

В классе вдруг воцарилась тишина, все с нескрываемым интересом следили за поединком, девочка была абсолютно спокойна, она отвечала ровно, что не скажешь о преподавателе, который лихорадочно ходил из стороны в сторону.

Когда оставалось совсем мало времени до звонка, девочка вдруг замолчала и сказала:

– Может быть, продолжим на другом уроке?

Преподаватель словно очнулся и растерянно окинул класс, все внимание ребят было приковано к нему, все ждали ответа.

Он предложил ей сесть, Дина прошла к нашей парте и села. Учитель снял очки и все никак не мог начать разговор, я это почувствовал и чтобы разрядить обстановку вдруг спросил у Дины

– Откуда ты так много знаешь по биологии?

Девочка повернулась ко мне и сказала:

– Мой отец хирург и этим предметом я начала интересоваться еще когда была в детском саду.

Учитель подошел к ней, улыбнулся и сказал:

– Мне очень приятно познакомиться с коллегой!

Девочка улыбнулась, и я понял, что этот человечек мне стал интересен. Я не знаю, откуда я это почувствовал, но во мне что-то, вдруг, встрепенулось к ней навстречу и, положив учебники в шкаф, я предложил Дине проводить ее до дома.

Мы попрощались с учителем и вышли из школы, солнце светило вовсю, аллея, по которой мы шли, отбрасывала спасительную тень от высоких деревьев, и мы медленно брели по ней, полностью погрузившись в беседу.

– Ты здорово знаешь биологию. Ты сегодня произвела впечатление на всех ребят нашего класса. А какое лицо было у нашего учителя, я его таким никогда не видел.