Парящие острова и Золотые Близнецы

В ее честь Аша построил огромный храм на вершине горы, в который и поныне приходят люди, чтобы поклониться праху умершей жены его. Дети Ильмир основали свое государство, где стали королем и королевой, и назвали они его Аарин.

– Тот самый Шахрин?! – вырвалось у Шахиштрё. – С которым мы воюем?!

– Тот самый – подтвердил учитель Эрджини. – Со временем, стали возникать споры и раздоры между ними и родом Шатши. Сейчас уже доподлинно не известно, случилось ли это до того, как Аша поднял свих детей на островах, или после, но разногласия эти не утихают и по сей день.

– Так в чём же причина войн, учитель Эрджини, – спросила Шахиштрё. – Если и мы, и шахринцы – потомки Аши, в чём причина нашей вражды?

– В споре, чей род лучше – усмехнулся учитель. И было видно, что он понимает, сколь глупым был этот спор.

– А разве могут быть сомнения? Наш род древнее всех!

– Верно, – отвечал Эрджини. – Но род Ааринцев – потомки самой любимой жены Аши, хоть на наших землях и принято называть её не женой, а наложницей.

– Значит, никто из нас не хуже и не лучше?.. – спросил с сомнением Эсси. – Почему бы тогда просто не прекратить войну?

– Если бы всё было так просто… – вздохнул учитель. – Единственное, что может по-настоящему, навсегда прекратить войну – объединение двух родов узами брака и общими потомками. Вот и ваш батюшка фаршад в юности сватался к Ааринской принцессе, да так ничего из это и не вышло.

– Как по мне, лучше их просто завоевать! – выпалила Шахи.

– Было бы это так легко – уже завоевали бы, – ответил Эсси. – Бессмысленная это война! Если для того, чтобы ее остановить, нужно жениться на ааринской принцессе, то я готов исполнить свой долг!

– Увы, мой дорогой, но принцесс нет. У императора 2 сына – Альриин и Лель. Так что этот долг исполнить скорее по силе вашей сестре.

– Мне?! За шахринца?! Ну уж нет! Да я даже их имена выговорить не могу!

– Поживём – увидим… – ответил учитель Эрджини.

Когда урок окончился, сразу стало ясно, что Шахи не забыла о своём сумасбродном плане. Оттащив Эсси в сторону, и оглядываясь по сторонам, чтобы их никто не подслушал, Шахи заявила решительно.

– Я иду на водохранилище! С тобой, или без тебя.

Эссерджи, зная сестру как себя самого, понимал, что если она что-то решила, то её не остановить.