Ветер Севера. Аларания

Я задохнулась от его прикосновений и уже не понимала, чей огонь сжигает меня: мой или его… Предательское платье расползалось там, где он касался, словно позволяло ему меня трогать.

– Рион… Не надо…

Он оторвался от моих губ. В темных глазах дрожала желтизна, а зрачок вытягивался, становился звериным.

– Я не хочу.

– Ты врешь! – вдруг разозлился он. – Зачем ты мне врешь! Ты хочешь этого так же, как и я! Думаешь, твоя жалкая защита скроет от меня твои чувства? Так зачем ты сопротивляешься?

– Зачем? – задохнулась я.

– Может, мне встать на колени, как Шайдер, и умолять тебя? – с внезапной злостью спросил Рион.

Холодное смертельное бешенство опалило меня. Я дернулась, пытаясь вырваться из его рук, но он сжал мои плечи так, словно хотел сломать. Сжал лишь на миг и тут же отпустил.

– Больше он не прикоснется к тебе. Никогда. Никто не прикоснется.

Я все же вырвалась и отпрянула.

– Ты не имеешь права распоряжаться мной, – прошептала я, – ты мне никто. А Шайдер… он ни разу не сделал мне больно! В отличие от тебя.

– Вот как.

Арххаррион чуть отступил, рассматривая меня. И под этим темным взглядом мне действительно стало страшно.

– Вот как… – повторил он и шагнул ко мне.

Его руки сжали меня, словно прутья клетки, и уже через мгновение горячие ладони были везде: обнимали, гладили, ласкали… Он целовал меня всю: губы, шею, грудь, живот… Горячие руки, жадные губы… Очень жадные… Требовательные, настойчивые.

– Прекрати! Рион! Что ты делаешь?

– То, что должен был сделать давно, – резко бросил он. – Собираюсь завершить слияние. Ты моя, Ветряна. И всегда будешь только моей, запомни это.

Я дернулась, когда его губы тронули мою грудь и поползли ниже. Огонь обжигал изнутри, и мои стены рушились. Только я уже не знала, чье желание билось во мне, словно жидкое пламя – его или мое? Такое дикое притяжение, замешанное на страхе и боли… Желание со вкусом крови.

– Просто не сопротивляйся… Прошу. Не сопротивляйся мне! – хрипло произнес он.

Рион опустил голову, лаская губами мое тело, так горячо и так сладко… Его руки все еще лежали на моих запястьях, но уже не сжимали.

– Позволь мне… – его шепот надрывный и обжигающий, а язык – словно шелк…

Прикосновение мужских губ к груди отозвалось внутри мучительным спазмом. Я не сдержала стон – то ли испуга, то ли наслаждения.