Лекс Раут. Наследник огненной крови

Лекс Раут. Наследник огненной крови

Марина Суржевская

Спас мир – стал героем? Да как бы не так! Мир я, конечно, спас, да вот только в герои меня никто не спешит записывать! Кайер встретил неласково, ловцы грозят лишением силы, а наследники трона куда-то пропали! Да еще и проклятая Одри не желает меня любить и даже вспоминать! Определенно, мир несправедлив. Тем более гадко, что разгребать все это снова придется мне. Меня зовут Лекс Раут, и я уже даже не знаю, кто я!Книга третья.Содержит нецензурную брань.

ГЛАВА 1

Пробуждение мне не понравилось.

В общем, меня это уже не удивляет. С моим-то невероятным везением! Это просто судьба– быть недовольным пробуждением!

– И долго ты будешь валяться? – весьма нелюбезно спросил женский голос, а нога изящная, но сильная пнула меня в бок.

Я открыл глаза.

– Милая, ты сама нежность, – просипел я, приподнимаясь на левом локте. Правая рука у меня была слегка недееспособной.

Причина этой недееспособности сидела рядом, на поваленном бревне, и взирала на меня с отвращением.

– Одри, ты могла бы быть и поласковее со своим мужем.

– Я тебя знать не знаю, – буркнула девушка. – И не желаю что-то менять в этом обстоятельстве. Не понимаю, зачем ты врешь, но что врешь– не сомневаюсь. У меня не настолько дурной вкус, чтобы выйти замуж за… подобного типа.

– Не настолько дурной вкус? – я окинул ее насмешливым взглядом, стараясь не морщиться. – Да ладно? Кто бы сейчас говорил о вкусе…

Девушка фыркнула и отвернулась. Да, в данный момент она меньше всего походила на достопочтимую жительницу Кайера.

Скорее, Одри смахивала на какую-нибудь бродяжку, обитающую на окраине города, или на одичавшую, что никогда не видела мыла и щетки. Золотые волосы Одри– короткие, отхваченные неровными кусками у шеи, покрылись слоем пыли; платье – в разводах и пятнах; на лице, голых руках и коленях – грязь. Но, похоже, саму златовласку это не смущало. Она вела себя так, словно и не замечала, что выглядит неподобающим образом.

– Чего уставился? – нахмурилась она.

– Любуюсь, – признался я. – Ты сейчас такая… дикая.

– Продолжай, и получишь стрелу и во второе плечо, – равнодушно протянула девушка. Я вздохнул. Да, вспоминать меня Одри категорически не желала. Все, чего она хотела– это избавиться от досадной помехи в моем лице. Но меня грела надежда, что где-то внутри еще есть то, что не дает девчонке меня бросить. Я надеялся, что это было нечто большее, чем банальная женская жалость.