Лекс Раут. Наследник огненной крови

– Чулки с красными подвязками? – Одри сжала кулаки. Ее глаза сузились, личина дрогнула на миг.

– Я ее впервые вижу. И никогда не видел чулки с красными подвязками!

– Врун! – прошипела златовласка.

– Ну ладно, каюсь. Я пару раз заходил в эту комнату наверху. А, нет, не только в эту, во все заходил. Комнаты помню, подавальщиц нет. Знаешь, они такие… одинаковые. Хотя эту я должен был запомнить, наверное, все-таки такая… стать!

Кружка с горячим хеллем пролетела мимо и брызнула осколками и напитком, врезавшись в стену.

– Лекс, за посуду заплатишь в двойном размере! – из кухни высунулась голова Триса и снова исчезла.

Я, уже не скрываясь, засмеялся.

– Одри, продолжай, и я надеру твой красивый зад! Прямо здесь и при посторонних. Думаю, Трис выделит мне хорошую хворостину.

– Только тронь меня! – прошипела она.

– Угу, и аркан молчания. Раз просишь.

– Ненавижу тебя!

– А говорила, что любишь, – я поставил на стол свой хелль и повел ладонью, опрокидывая кружку с яичной болтанкой.

Одри вскочила, чтобы белая масса не пролилась ей на ноги.

– Платочка не найдется? – сказал я, глядя ей в лицо. Она подняла взгляд, уставившись на меня. Я жадно смотрел, поглощая ее эмоции: злость, растерянность, обида…

– Это же твои штаны, – огрызнулась она. – В них нет платочка! А если бы и был, не дала бы!

– Отчего же? – негромко спросил я. Может, потому что знает, зачем он мне? И что я снова вытру стол, как уже делал когда-то, чтобы позлить златовласку?

– Потому что не хочу! – очень по-женски прошипела Одри.

Узнавания я не увидел. Но все же закинул еще один крючок.

– Нам сейчас только Армона не хватает, да, детка? И было бы все, как раньше.

– Я не знаю, как было раньше, – хмуро сказала девушка. – Но подозреваю, что не слишком хорошо.

– Почему это? – я сделал знак другой подавальщице, и она сноровисто вытерла стол и лавку.

– Потому что любящие люди не ведут себя, как ты, – устало сказала Одри и опустила голову.

– А кто говорил о моей любви? – бросил я. – Речь шла лишь о тебе.

Златовласка посмотрела мне в лицо и снова отвернулась. А мне захотелось еще выпить. И чего-нибудь позабористее хелля.

Моя неопознанная прислужница как раз притащила поднос с горячим и принялась расставлять тарелки. Мясо исходило ароматным паром, печеный картофель с салом и луком еще шкварчал, а горячий хелль пенился, как ему и положено.