Лекс Раут. Чернокнижник

А если учесть родство девушки с Толстяком Гнидосом и способности иллюзиона, то кто ей поверит? Разве что в Круге есть умельцы, способные просмотреть чужие воспоминания, и это действительно лишнее.

Я, хромая, подошел, глубоко вздохнул и положил ладони на виски девушки.

– Что ты делаешь? – озадачился Армон.

– Сотру ее память, не мешай. Главное, чтобы сил хватило, я почти пустой…

Напарник отпрыгнул, все еще держа Одри на руках, и оскалился.

– Сдурел?! Знаю я, как ты память стираешь – просто уничтожаешь разум! И это, по-твоему, выход?

– Ты прав, – согласился я, – зачем вообще на это силу тратить? Перережем девчонке горло и проблема решена.

 – Я задумался. – Хмырь! А если ее некроманты поднимут? Нет, все-таки придется ее почистить, разболтает же! Может, язык отрезать? – Я нахмурился, пытаясь найти способ избавиться от проблемы и не тратить остатки своей силы. – Так она же грамотная, наверняка напишет. Вот же засада!

– Хватит! – Армон рявкнул так, что у меня волосы зашевелились. – Я не собираюсь убивать девушку просто для того, чтобы она нас не выдала!

– Так я сам ее прирежу, мой нежный пушистик, не бойся, – заверил я, потянувшись к ритуальному ножу.

Окинул девчонку взглядом. В принципе, можно получить с ее смертью часть силы. Без ритуала половина рассеется, к сожалению, но хоть что-то. Конечно, можно было бы забрать силу иначе, более приятным способом, но мне нужна активная и добровольная партнерша, а от полудохлой девицы никакого толка. Да и времени на это нет. Так что, только убить.

– Лекс, – пока я размышлял, глаза Армона стали совершенно желтыми, с вертикальными полосками зрачков, а на загривке вылезла черная шерсть, – Одрианну я заберу с собой. Живую и невредимую. Понял? Тронешь ее – пожалеешь.

– Ого! – Я окинул напарника взглядом, подбрасывая на ладони нож. – Мы дожили до ссоры из-за бабы? Какая скука.

– Я тебе все сказал, Лекс. Есть другие способы решения проблем, кроме убийства, – помрачнел Армон.

– Убийство – единственное надежное.

Объект наших разногласий все так же болталась на руках напарника, словно тряпичная кукла, и признаков жизни не подавала.

Я хмыкнул и нож убрал. Взял со столика графин и вылил воду на ее бледное личико. Напарник оскалился, но девчонка закашляла и пришла в себя.

– Тогда пусть ножками топает, раз ты такой добрый, – холодно бросил я и снова поковылял к двери. – Ты выполняешь функции защитника, а не носильщика, Армон. И если мы встретим ловцов, твои руки должны быть свободны.