Лекс Раут. Чернокнижник

Комната выглядела как место бойни, впрочем, так оно и было. Туша кабана все так же валялась на полу, голова лежала рядом, так что я поставил на нее ногу. Очень удобно, кстати. Приложил ладонь к бедру, стягивая края рваной раны и останавливая кровь.

Одрианна смотрела на меня со смесью ужаса и злости, но мне было плевать.

– Рассказывай о своем друге Дориане. Кто такой, чем занимается?

– Мы выросли по соседству, – хмуро выдавила она. – Когда-то даже собирались пожениться, но не сложилось, и мы остались друзьями.

– Он маг?

– Совсем слабый! У Дориана дар нюха, он различает запахи лучше, чем оборотни. – Серые глаза остановились на Армоне, и девушка сглотнула: – Послушайте, я ничего не знаю! Я не понимаю, что произошло и чего вы от меня хотите! Я лишь желала найти Дориана!

– Нет, все-таки придется тебя придушить, – протянул я.

– Прекратите мне угрожать! – Она гневно сверкнула глазами и попятилась. – Вы не имеете права!

– Да плевал я на права.

– Мерзавец!

– Я чернокнижник.

– Угомонитесь оба! – рыкнул Армон. – Лекс, что произошло в грани? Я лишь почувствовал твою боль, но не увидел портала. Откуда там появилась эта тварь? – Он кивком указал на кабана.

– В жертву вселился демон-страж с Изнанки, – поморщился я. – И все потому, что ваш друг-аптекарь открыл портал. Понимаете? Прямой портал из вашего дома!

– Но это невозможно! – воскликнула девушка. – У Дориана никогда не было таких способностей! Никогда! Его даже в академию не приняли из-за низкого уровня! Он умел лишь различать запахи, не более!

– Вы уверены, что к вам приехал ваш друг? Может, кто-то под его личиной? С наложенной иллюзией? – спросил Армон.

– Это исключено! Мы разговаривали целый день, вспоминали прошлое… Некоторые вещи не знает никто, кроме нас двоих, вы ведь понимаете! Я бы почувствовала подлог. Нет, это точно был Дориан.

Я задумался. Если бы не видел собственными глазами, сам бы не поверил.

– Одри, – вкрадчиво начал я, – а кем вам приходится Толстяк Гнидос? А?

– Меня зовут Одрианна. И прошу не сокращать!

– Так все же, Одри?

– Дядюшкой, – смутилась она.

– Воспитанница Гнидоса, иллюзион, – кисло резюмировал я.