Двериндариум. Забытое

Сказать хоть слово!

Чтобы успокоиться, я тоже загребла снега и жестко протерла лицо. Щеки закололо, но дышать стало легче.

Бесцветный все это время молча наблюдал за мной. Я посмотрела в алые глаза Киара. Использовать лорда втемную не получится, так я сделаю его своим врагом. А их у меня и так слишком много. Мне отчаянно нужен если не друг, то хотя бы союзник. Но гордый северянин не потерпит лжи и не простит ее. Ему нужна правда, только правда, какой бы гадкой она не была.

В этом они с Кристианом похожи…

В груди заболело, словно там провернулся острый нож.

Внутри стало холодно, словно на раскаленные угли моих чувств плеснули ледяной водой. О том, что Кристиан меня не простит, я думать не буду. Не сейчас. Он жив, это самое главное. Он жив!

Я отбросила с лица влажные завитки волос и решительно повернулась к молчащему лорду.

– Киар, у меня плохие новости. Ты думаешь, что захват Двериндариума – это конец, но это только начало.

Пока я рассказывала о событиях в Мертвомире и о главном ренегате Империи, северянин смотрел бесстрастно.

– Значит, Приор Истинной Крови. Так я и думал. Когда он появится? Как? Остров отрезан от большой земли, – Киар не выглядел удивленным, он и сам уже догадался, что за Ржавым королем стоит кто-то более могущественный.

– Этого я не знаю, – качнула головой. – Да и сам Ржавчина, похоже, не знает. Надо поговорить с Айроном, но я не видела его уже несколько дней.

– Итан, – с опасной интонацией процедил Киар. – Думаю, я знаю, где его искать.

Я кивнула. Внутри стало теплее от понимания, что северный лорд стоит рядом, и он на моей стороне.

– Нам надо объединить людей. Надо найти Ринга и действовать сообща! Но прежде мы еще раз поговорим с Кристианом.

Северянин нахмурился, и я схватила его рукав.

– Киар, пожалуйста! Это ведь февр Стит! Нам надо поговорить с ним! Сейчас же!

Бесцветный лорд смерил меня багровым взглядом. От растрепанной макушки и заплаканного лица – до сапог. Потом обратно.

– Ты туда не пойдешь, – лорд встал, снова обретя привычное высокомерие. – Оставайся здесь, Вивьен. Сиди здесь и не двигайся.