Время Ворона

– Уже? – Мадьяр с удивлением покосился на товарища.

– Да, на границе с Олтенией шайки разбойников грабят селян и торговые пути.

– Сам поведешь? – включился в разговор Кинижи.

– Нет, отправлю две сотни под командой Яноша Фаркаша – моего вассала. Четверть ветеранов дам в отряд и этих новобранцев. На рассвете выступать им.

– Король собирает совет, османы готовятся вторгнуться в Молдавию. Матиаш хочет помочь Штефану, – продолжал Пал.

– Молдавия… – задумчиво произнес Батори, – Мы еле ноги оттуда унесли, короля три стрелы тогда пронзили, потеряли треть армии.

Не забуду эту бойню у Байи. А теперь, союз с этим коварным и мстительным Штефаном?

– Матиаш – великий король, он просто так не поднимет армию для этого цыганского князька. Значит, что-то большее османы готовят, ведь после усмирения Валахии, Молдавия на очереди у султана. Турок держим мы – мадьяры уже сто лет. Отец короля был их врагом, теперь сын продолжает дело, – отвечал Балаж, – А эти валахи и молдаване все равно падут либо перед нами, либо перед турками.

Рано или поздно.

– Разбирайся со своими бандитами и собирай все отряды на юго-востоке. Очень скоро будет война. А мы с Балажем поднимем дружины секеев и ополчение саксов чтоб усилить королевскую армию. Плюс беженцев-сербов с границы подтянем и банды силезцев, далматинцев и богемцев, – хлопнув по загривку коня, резюмировал Кинижи.

– Ладно, повоюем за молдаван, в первый раз что ли, – усмехнулся в черные висячие усы Батори, попутно приветствуя проходившие мимо шеренги солдат.

Глава 2. Боевое крещение

Отряд, в который попала рота Мартина, возглавил венгр-дворянин по имени Янош Фаркаш. Для последующего повествования необходимо пару слов сказать об этом воине.

Этот Фаркаш был типичным мадьярским рыцарем двадцати трех лет от роду, вернее, венгерским дворянином из бедного, но древнего рода. В свое время их род не стал магнатским, ровней знатным Селешам, золотым «змеям» Гараи или яростным «белым волкам» Запольяи, а присягнул не менее древнему и не менее бедному роду «драконьих клыков» Батори.

При Яноше Хуньяди и короле Матиаше Батори начали стремительно возвышаться, а значит и Фаркаши. Не зря дед Яноша, старый безногий ворчун Джушдак отправил старшего внука воевать за сеньора в королевские войска. Сам дед потерял обе ноги, сражаясь еще за Сигизмунда против гуситов. Тогда девятнадцатилетний юноша получил ранение из орудия, раздробившей голени так, что их пришлось ампутировать.