Диссертация

Это было лёгкое задание, пару раз шваброй махнуть, а большую часть времени можно было просто проваляться на раскладушке, язвительно представляя себе, как другие в этот момент ковыряются в земле.

Прошла уже неделя, а Марк не нашёл себе в студенческой среде пары. У него возникло подозрение, что он и не сможет этого сделать. Никто из ребят ему в друзья не годился, а соседа Мишки не было, он должен был ехать со следующей партией бесплатной рабочей силы уже в сентябре. Хотя с ним он больше чем соседствовать и не собирался.

Смешно и досадно, одна девушка проявила к нему нешуточный интерес, ребята гоготали, что запала, и толкали Марка в плечо, будто этого ему только и не хватало, чтобы с ней сблизиться.

– Да ладно вам, она страшная, – пытался отмахиваться он.

– Ты чё, дурак, это Анька-то страшная?! – возмущались они в ответ, исходя завистью.

«Чёрт! – думал Марк. – Это совсем плохо!»

Пришлось мутить с Анькой, хорошо неделя всего оставалась, и ничего особенного не требовалось, просто сидеть рядом и болтать с девушкой. Он больше расспрашивал, всё из того же природного любопытства, пользовался моментом, чтобы поизучать противоположный пол, протестировать некоторые реакции, о своей же жизни плёл придуманную заранее повесть, где не было ничего из его реальной действительности.

– Мой папа был машинистом тепловоза, а мама врачом. Когда это случилось, я во втором классе учился. Жили мы в частном доме, однажды ночью коротнула проводка и начался пожар. Как сейчас помню этот едкий чёрный дым и нестерпимый жар. – Марк ёжился, а девушка широко раскрывала глаза. – Папа вынес меня на улицу, успел, кинулся за мамой, и тут крыша рухнула, они оба погибли, а я рядом стоял и меня слегка задело. Видишь, шрам на лбу? – Он отодвигал чёлку и показывал Анне когда-то рассечённый лоб, а она ахала.

Этот шрам ему поставила мама, как раз в тот год, когда он был во втором классе. После очередного дня рождения маленький Марк не успел вовремя спрятаться, и она разбила о его лоб бутылку. Он потерял сознание, но его черепная коробка выдержала.

– Ладно хоть не сдох, Зародыш, а то ещё в тюрьме из-за тебя сидеть, – говорила ему мама, а он лежал несколько дней дома в кровати, голова болела и кружилась.