Игра в идеалы. Том III

Неужели вражда, которая длилась несколько лет, исчезнет только после глубокого потрясения? Питер что-то наказывал Карлу, тот слушал его слова, словно наставления родного брата. Он не стал провожать гостей до двери, ходить мешала раненая нога. Гостей проводили я и мистер Леджер.

Все, одеваясь, наперебой говорили мне, как они поражены, что я оказалась права, и извинялись за сомнения. Мне это было не так интересно, меня даже не удивляла моя правота. Единственное, что я сейчас хотела, – вернуться к Карлу. Но, чтобы не показаться невоспитанной, я что-то отвечала, улыбалась.

Вскоре гости ушли, дворецкий закрыл за ними дверь, а я сорвалась с места и побежала к Карлу. Он сидел на диване, полностью расслабленный, но обессиленный. Я опустилась перед ним на колени. Карл поднял меня и заставил присесть рядом с ним на диване. Я не стала противиться: не хотела, чтобы он лишний раз напрягался.

Я поджала под себя ноги и повернулась лицом к Карлу. Он взял мою раненую руку:

– Что с тобой произошло?

– Долгая история.

– Я так скучал, – проговорил Карл, касаясь лбом моего лба.

– Я даже не знаю, как передать словами, что я испытывала, – грустно проговорила я, не глядя ему в глаза.

– Простите, – вмешался дворецкий. – Может быть, я могу Вам что-нибудь предложить?

Я посмотрела на Карла, тот ответил:

– Нет, спасибо. Ничего не надо.

– Как это? Ты же наверняка голоден?

Карл улыбнулся, словно его разоблачили:

– По правде сказать, очень голоден.

– Мистер Леджер, вы отправили за врачом?

– Да, мисс.

– Значит, он скоро приедет. После его визита подайте нам, пожалуйста, ужин. А пока что принесите какие-нибудь закуски с соком.

Дворецкий довольно улыбнулся, поклонился и ушел. Приказы в таком духе ему нравились больше.

– Это, – кивнула я на руку, – и стало причиной моих чувств… Ты меня чуть с ума не свел, Карл…

Мне вновь стало плохо. Карл, заметив это, начал ласкать мое лицо, шею, плечи. Я же старалась держать себя в руках, но голос все равно иногда срывался:

– Мне было страшно… Я не хотела верить, что ты умер! Эта неделя унесла за собой многие мои годы.

Я обняла его, потом мы поцеловались.

– Дамана, выжило несколько людей… И каждый из них не находил себе места. Нам страшно было представить, что творится с нашими родными. Я и вправду очень спешил к тебе. Я не переставал о тебе думать весь месяц. Меня убивало то, что мы не можем даже перекинуться парой слов.