Жизнь казалась прекрасной

Дверь, как он и ожидал, оказалась заперта намертво и не поддалась ни на миллиметр. Леша вздохнул и вытер трясущейся рукой вспотевший лоб. Его подташнивало, и он никак не мог определить почему: то ли от травмы черепа, то ли от голода. В последний раз Леша Ильин поужинал у Риты Скворцовой.

Вдруг дверь волшебным образом приоткрылась. На пороге стоял его тюремщик с подносом в руках.

– Здорово! – процедил он сквозь зубы и добавил: – Слушаться надо старших, не будешь тогда в неприятные истории попадать, детка.

Убийца захлопнул дверь, Леша рассмотрел в его руках пистолет. Дыхание свободы растаяло в душном воздухе комнаты, не успев всколыхнуть в Лешиной душе и намека на надежду.

– Привет, – бросил он в ответ, недоумевая, как могла так промахнуться его сестра. Обычно она кого угодно могла раскусить с первого взгляда!

«Впрочем, – подумал он, – насчет Риты Инна тоже ошиблась. – Стареет, наверное», – мысленно заключил Алешка, уставившись в пол, покрытый дорогим линолеумом.

Хозяин поставил поднос на столик из орехового дерева, расположенный в центре комнаты.

– Ешь, – приказал он. – Пока ты мне нужен в полном здравии.

Леша взглянул на него заинтересованно.

– Пока, – повторил убийца. – А там посмотрим!

Лешу от его слов словно ледяной водой окатило. Так и хотелось вцепиться ногтями в его наглую лоснящуюся физиономию. Но парень сдержал порыв, он все еще мечтал выбраться отсюда живым.

Убийца повернулся к нему спиной, отпер дверь ключом и исчез так же неожиданно, как и появился.

Парень набросился на еду, как только понял, что остался совершенно один. В данную минуту ему было совершенно без разницы, наблюдает ли за ним его тюремщик. Никогда еще куриные окорочка не казались ему такими вкусными!

* * *

В машине я размышляла о том, чем заняться в первую очередь, и не торопилась тронуться с места. У меня наметились три альтернативных варианта, один другого заманчивее.

«Глючишь, подружка», – усмехнулся мой внутренний голос на информационном сленге.

«Сомневаюсь», – уточнила я в ответ.

«Итак, с чего же начать?» – раздумывала я, поглядывая в зеркальце заднего вида. Определенный интерес для меня представляла погибшая Ритина подруга, но я все же не решалась заняться ею всерьез.