Желание дамы – закон

Что теперь с ним будет, одному богу известно!

Тем временем с верхнего этажа спустилась Маргарита. На ней было строгое зеленое платье с английским воротником и золотые серьги с изумрудами. Одежда выгодно подчеркивала фигуру Маргариты, отчего она даже казалась выше ростом.

«Ну, конечно! – вспомнила я. – Ветрова каждый день с экрана телевизора рассказывает на местном канале прогноз погоды. Вот почему мне показалось ее лицо знакомым. И все же зеленый цвет ей не идет. В красном костюме, с бордовыми треугольными клипсами она выглядела свежее».

– Вот вам, Татьяна, аванс, – Ветрова протянула мне десять стодолларовых купюр. – А это фотография Кирилла. Только ради бога не распространяйтесь, пожалуйста, в поселке об исчезновении мужа. Мне сплетни не нужны. Хотелось бы, чтобы все было конфиденциально. Ведь вы же найдете Кирилла? Звоните при малейшем намеке на след мужа. Мой номер сохранился у вас в телефоне.

– Да, конечно, – кивнула я. – А сейчас мне хотелось бы получить от вас адреса друзей Кирилла – Андрея и Петра.

Маргарита продиктовала мне адреса и телефоны, после чего я поспешила к выходу, а Ветрова отправилась в гараж.

Мороз начинал крепчать, солнце неумолимо клонилось к горизонту, но следы от ботинок Кирилла еще были видны. Следы действительно вели к центру круга и там обрывались. Но человек – не птица, летать не умеет. Скорее всего, Кирилл вернулся по своим следам назад и шел обратно спиной. Вот только зачем?

Я внимательнее присмотрелась и к другим следам у дома Ветровых.

– Позвольте задать вам последний вопрос? – обратилась я к Маргарите, когда та выехала из гаража и остановилась, чтобы запереть ворота.

– Слушаю вас.

– В рождественское утро к вам кто-нибудь приезжал на небольшом автомобильчике типа «Ока» или «Запорожец»?

– Господи, Таня, о чем вы говорите? Да у нас никто из знакомых не ездит на таких машинах.

– Может, заметили, что кто-то просто останавливался у вашего забора?

– Нет. Однозначно, никто не останавливался. Я бы увидела в окно.

– Что ж, спасибо за помощь, – поблагодарила я Ветрову.

«Итак, – принялась я рассуждать, – малолитражка останавливалась у дома Ветровых в определенный период времени – до того, как в дом пришла домоработница, то есть до девяти утра.